NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

Премьера сказки
ПРАВДИВЫЕ ИСТОРИИ ПРО КУГЕЛЯ-БУГЕЛЯ И СТЕФАНИЮ КОНСТАНТИНОВНУ
       
История первая,
про Кугеля-Бугеля и Стефанию Константиновну
       Жил-был на свете один мальчик. Звали его почему-то Кугель-Бугель, а почему его так звали — никому не известно, лишь мама и папа когда-то знали, но теперь уже и они забыли. Ну и ладно.
       Известен был этот самый Кугель-Бугель тем, что ничего не боялся, а если и боялся, то никому никогда об этом не говорил. Например, спрашивает его бабушка Бабуля:
       — Кугель мой Бугель! Не хочешь ли ты манной каши?
       Другой, трусливый какой-нибудь мальчик, сразу закричал бы:
       — Нет! Не буду я есть вашу глупую невкусную кашу! А-а-а!
       А Кугель и виду не показывает, что боится есть кашу. Берет себе большую ложку и уплетает за обе щеки. Во-первых, смелый потому что, а во-вторых, каша, оказывается, очень-очень вкусная, просто никто об этом не знал! Вот какой был смелый.
       У этого Бугеля была еще одна подружка Стефания Константиновна — очень такая симпатичная девочка с двумя ушками, двумя глазками (очень симпатичными), двумя щечками и одним носиком. Эта Стефания Константиновна не была похожа ни на папу, ни на маму, а была похожа на дедушку Петровича — и глазками, и щечками, и ушками, и даже носиком. Просто даже удивительное сходство! Дедушка Петрович очень этим гордился и говорил всем:
       — Похожа на меня? То-то же...
       Сказать по правде, подружка Кугеля-Бугеля не была сильно смелая, а была немножечко трусиха: и кашу иногда боялась есть (думала — невкусная), врачей побаивалась (потому что они такие серьезные и в белых халатах), и даже, стыдно сказать, иногда боялась делать уколы, хотя всем на свете известно, что уколы — это вовсе и не больно, а так, словно бы комарик укусил. После комара еще и хуже — чешется, а после укола — нет.
       Но Кугель-Бугель над Стефанией Константиновной не смеялся, потому что все-таки он был мальчик, мальчикам положено быть смелыми, а девочкам можно иногда и побояться — чуть-чуть. Зато девочки носят красивые платья, бантики и белые кожаные туфли на высоком каблуке, а мальчики — нет. Когда Стефания Константиновна в платье, туфлях и с бантом на голове выходила куда-нибудь на улицу или в вагон, или просто гуляла по коридору и читала стихи, все непременно восклицали: ах, какая симпатичная девочка, надо угостить ее конфетой! И непременно угощали. Стефания была умной девочкой и ела только шоколадные конфеты и мармелад, а карамельки не ела, потому что всем известно, что от карамелек страшно болят зубы, а этого боялся даже Кугель-Бугель!
       Кроме того, она была не жадной девочкой и никогда не ела конфеты одна, а всегда оставляла по одной конфетке для мамы, папы, дедушки Петровича и бабушки Бабулечки, а для Кугеля-Бугеля — целых две, или даже три! Кугель-Бугель в таких случаях всегда говорил:
       — Так держать, Стефания Константиновна! Ты уж потерпи немножко, я, когда вырасту, тогда на тебе обязательно женюсь, куплю тебе белое платье, фату и туфли на высоких каблуках. Ты будешь стихами зарабатывать конфеты, а я уж, так и быть, буду ходить на работу и покупать всякое остальное: молоко там, сосиски, глазированные сырки и апельсины. Только сначала нужно научиться читать и писать, потому что, когда женятся, надо что-то написать на бумажке, а то не поженят.
       — Я что, — отвечала Стефания Константиновна, — я согласная. Бабушка Бабулечка все время говорит, что молоко полезно для организма. А пока пошли гулять.
       И они шли гулять в парк, или во двор, или в песочницу. В парке гуляли еще и другие дети, ели мороженое на палочках, и, самое главное, в парке были настоящие качели! Стефания и Кугель садились на качели «лодочка» и начинали раскачиваться: у-ух, у-ух! И ни капельки не боялись, потому что обязательно закрывались на цепочку. А мороженое на палочке ели редко, только летом, и не кусали, а лизали: ням! ням! — потому что мороженое, хоть и самая вкусная штука на свете, но от него, увы и ах, запросто может заболеть горло, и тогда никакого тебе парка, лодочек и, тем более, мороженого...
       По ночам же удивительная девочка Стефания Константиновна имела привычку ложиться спать! Да-да, можете не верить, но так оно и было! Бывало, прямо так и говорила: так, Кугель-Бугель, что-то мне уже спать хочется. Кугель-Бугель, конечно, страшно удивлялся, мол, как это — спать? Мышки еще не спят, шуршат под кроватью, соседи еще не спят, телевизор смотрят, ветер еще не спит, свистит за окошком, а ты что, прямо так и ляжешь?
       — Ага, — отвечала Стефания Константиновна, — прямо так и ляжу, такая вот у меня привычка с детства, спокойной ночи, до свидания. А ты, бабушка Бабуля, иди-ка ко мне и целуй. Так целуй: в лоб — за себя, в глазик правый — за маму, в глазик левый — за папу, в щечку левую — за бабушку Лену, в щечку правую — за тетю Валю, в ушко — за подружку Катерину Сергеевну, в другое — за Бубу, а в носик — конечно же, за дедушку Петровича. Я сейчас сны про них снить буду...
       
История вторая,
про Волка, который потом исправился
       Вообще-то Кугель-Бугель был не совсем обычный мальчик, а чуть-чуть немножечко волшебный. Ну, то есть, у него, конечно, не было волшебной палочки, и заклинаний он никаких не знал, зато умел иногда делать то, чего не умеют делать остальные мальчики и девочки. Вот вы знаете хоть одного мальчика, который мог бы сам, без бабушкиных уговоров, съесть четыре печеные картошки?! А Кугель-Бугель запросто съедал и пять, и был от этого страшно сильный. Еще он умел надувать самые в мире большие мыльные пузыри, размером прямо-таки со Стефанию Константиновну!
       А самое главное, самое-то главное, что он умел делаться невидимым! Сидит, бывало, себе Стефания Константиновна в комнате с Кугелем-Бугелем и играет в игрушки из ящика, ну, который под кроватью. А Кугель-Бугель — раз!— сделается вдруг невидимым. Причем, что интересно, Стефания-то его видит, а мама, папа и дедушка Петрович — нет. Понятное дело, от подружки чего прятаться, с ней играть надо, а папа еще начнет говорить: не ковыряй в носу или иди руки помой. Кому охота? Вот и сидит тихонько, папа же, мама и дедушка Петрович думают, что Стефания Константиновна сама с собою играет и разговаривает:
       — Добро, кабан...
       — Я не кабан, я балерин!
       — Добро, блин...
       — Я не блин, я балерин!!
       — Ты это, Стефания Константиновна, с кем разговариваешь? — удивляется папа.
       А Стефания-то Константиновна хитренькая, сидит, хихикает, глазками стреляет, не скажу, мол. Все только руками разводят. Одна лишь бабушка Бабуля все знает, никуда от нее не спрячешься:
       — А ну-ка,— говорит, — палец быстренько из носу вынуть! Раз! Руки быстренько вымыть! Два! Кабанами-блинами не обзываться, идти обедать! Три!
       Такая вот она, бабушка Бабуля, прозорливая, никуда от нее не спрячешься. Поэтому все ее слушаются, и мама, и папа, и дедушка Петрович, и даже сам Кугель-Бугель. И Стефания Константиновна, конечно, что ж она, хуже всех, что ли?
       Оттого, что Кугель-Бугель был немножечко волшебный, с ним все время происходили какие-нибудь чудесные штуки, ну и со Стефанией Константиновной, конечно. Как-то раз, например, пошли Стефания с Кугелем в большой и темный лес (сначала, само собой, спросили разрешения, а потом пошли). Идут они по лесу, грибы-ягоды собирают, кладут отдельно: грибы в корзинку, ягоды в кузовок; грибы мама сварит и в банку закроет, зимой кушать, а ягоды можно так съесть, но лучше варенье сварить, а потом ложкой на булочку густым слоем мазать и с теплым молоком уплетать — вкуснотища! Песни поют, Стефания тоненько выводит: тра-ля-ля, а Кугель-Бугель побасистее: трам-пам-пам, танцуют на ходу...
       Как вдруг (совершенно вдруг, уж вы мне поверьте!) раздвигаются кусты и выходит из них настоящий такой Серый Волк, с зубами и хвостом.
       — Ага, — говорит Волк, — какие аппетитные детишечки... Песенки поют, танцуют, знать, здоровенькие и мяконькие... Ням-ням...
       Тут смелый Кугель-Бугель не растерялся и — раз! — стал невидимым! Только вы не подумайте, что он так сделал, чтобы убежать. Ну что вы! Ведь он был самый храбрый мальчик на свете и не боялся какого-то там Серого Волка, а во-вторых, ни за что на свете не бросил бы в беде свою лучшую подружку.
       Вот и сейчас стал он невидимым, но никуда не убежал, а тихонечко шепчет Стефании Константиновне: ешь, Стефания, быстрее ягоды, да кузовок мне отдавай, сейчас Волка пугать стану...
       Волк, конечно, ужасно удивился, что мальчик пропал, и кричит:
       — Ах, вот, значит, вы как, убегать вздумали! Ну, так вот тебе, девочка, от меня-то уж не убежать, и не надейся! Счас прямо тебя проглочу!
       А Стефания Константиновна спокойно так ему:
       — Не торопись, Серый Волк, дай лучше мне ягоды доесть — я еще вкуснее стану...
       Подумал-подумал Серый Волк — и вправду, куда торопиться? Ладно, говорит, ешь. Стефании только того и надо, быстренько все ягодки в рот покидала и кузовок Кугелю-Бугелю отдала. Кугель-Бугель подошел тихонечко к Волку и кузовок ему на голову нахлобучил — опа!
       Испугался Волк, ой, кричит, куда все подевались! Никого не вижу! Спасите! А смелый Кугель посадил Стефанию на Волка, сам впереди сел, за усы ухватился, вперед, кричит, серый разбойник, вези нас домой, а то хвост оторву! Еще пуще Волк струсил, ой, родненькие-любименькие, скачу, скачу, только хвост не рвите! И привез их прямо домой.
       А дедушка Петрович возле окошка сидел, детей из лесу ждал, вдруг видит: скачет по двору какой-то волк, а на нем сидят его дети, за усы держатся, грибы из корзинки так и летят. Выскочил дедушка Петрович во двор прямо в тапочках, Волка за хвост ухватил: в чем дело, гражданин с усами, отчего это вы моих детей так неаккуратно катаете? Все грибы рассыпали, из чего теперь папа суп варить будет? А?
       Как узнал, в чем дело, и вовсе рассердился, Стефанию Константиновну и Кугеля-Бугеля с Волка снял, крапивы у сарайчика нарвал и давай Волка наказывать:
       — Вот тебе, серый бандит, вот тебе, жулик! Сейчас как отдам тебя в милицию на пятнадцать суток, сразу расхочется маленьких обижать!
       — Ой-ей-ей! Мне и так уже вовсе не хочется! Не надо милицию, не буду больше! Я вам грибов принесу, только крапиву уберите, — голосит Волк.
       — Не будешь, говоришь? Грибов принесешь? Ну что же, посмотрим на твое поведение, обманешь — пеняй на себя.
       Ускакал Волк в лес, но не обманул, назавтра целую корзину грибов-боровиков принес. Тут уже дедушка подобрел, говорит:
       — Ладно, раз не обманул, оставайся на обед, папа сейчас из твоих грибов суп варить станет — пальчики оближешь.
       — Мы, волки, пальчики не лижем, — отвечает Волк, — но за приглашение спасибо, не откажусь, очень кушать хочется.
       Поел супчика, чай попил с булочкой с маслом, да и говорит:
       — И чего это я, как дурак, целыми днями за зайцами гоняюсь? В лесу столько грибов растет, из них суп гораздо вкуснее, чем сырая зайчатина. А за детей, вообще, крапивой лупят почем зря. Все, теперь я исключительно на грибы перехожу, вы мне только рецептик на бумажечку перепишите.
       — Ура, — кричат все, — Волк исправился с жулика на грибника! Вот за это тебе еще мармелад «лимонная долька», а Стефании Константиновне и Кугелю-Бугелю за храбрость и находчивость — по шоколадной медали.
       
История третья,
про новогоднее стихотворение
       Папа говорит как-то раз:
       — Так! Новый год скоро?
       Стефания Константиновна и Кугель-Бугель на полу сидят, в принцев и принцесс играют, говорят:
       — Ага, скоро. Нам подарки обещались.
       Папа говорит:
       — И кто это вам обещался, интересно?
       — Вестимо кто, Дед Мороз с бородой.
       — А вы ему что?
       — А мы ему: спасибо, чудесный старичок, приходи еще!
       — А стих?
       — Какой такой стих? Мы ему прошлый год читали громко-громко, может, ему хватит? А не хватит, мы еще прочтем: Стефания Константиновна — «В лесу родилась елочка», а Кугель-Бугель — «На носу-то крапины, а глаза-то папины».
       — Ничего не получится, — папа отвечает, — без подарков останетесь, точно говорю.
       Тут все игрушки побросали и говорят:
       — А почему это — без подарков? Нетушки, так никуда не годится!
       — А потому, что один раз дареное второй раз не передаривают. Это во-первых. А во-вторых, это все стихи для маленьких, прошлогодних детей. Дед Мороз вам чего-нибудь для маленьких детей подарит. Соски какие-нибудь или там погремушки.
       — Ничего себе, праздничек, — дети говорят, — и что теперь делать?
       — Что делать, что делать... Новый стих учить, вот что.
       Делать нечего, стали новый новогодний стих искать для разучивания. Кугель-Бугель в чулан на антресоли полез, а Стефания Константиновна под диваном палкой шарит. Нету нигде новых стихов про Новый год, одни старые валяются, все больше про Восьмое марта, да про Первое мая. Бабушка Бабуля на кухню пошла, в кастрюльках поискала — нету про Деда Мороза ничего, только про день рождения какой-то стишок плавает в самой маленькой кастрюльке, да и в том все рифмы разварились. Дедушка Петрович в удочках порылся — только банку с червяками нашел. Червяки в банке сидят сердитые, голодные, смотрят укоризненно. Дедушка стал их спитой чайной заваркой кормить, отвлекся и про стихи забыл. Мама пока искала, даже маленький ремонт успела сделать, две рифмы ничейные нашла — и все. Один папа в кресле довольный сидит, улыбается, пальцами барабанит.
       — Нет, вы на него посмотрите! — Стефания Константиновна говорит, — у детей праздник пропадает, а он себе улыбается, пальцами барабанит! Безобразие!
       — А я улыбаюсь, потому что знаю, где новый стих искать, — папа отвечает, — вот тут и вот тут.
       И Стефанию с Кугелем сначала по голове, а потом по груди пальцем постукал. Кугель у Стефании в голове поискал, ничего не нашел, только от пледа катышки шерстяные. Стефания у Кугеля на груди посмотрела — один только след от перцового пластыря. Папа смеется:
       — Да нет же, я говорю, самим сочинить надо. Вспоминайте, что в прошлый Новый год было? А рифму вам, так уж и быть, придумаю.
       Стефания Константиновна тут же Катерине Сергеевне позвонила, две головы хорошо, а три лучше. Катерина Сергеевна в трубку кричит:
       — У меня в прошлый Новый год платье было белое-пребелое!
       Стефания Константиновна тоже кричит: точно-точно, у меня была розовая шерстяная юбка, дождиком обшитая! Кугель-Бугель говорит: елку в углу ставили и во дворе, на елках всякого понавесили, даже шишки из настоящего шоколада!
       Стефания Константиновна кричит:
       — Туфельки на мне белые были с каблучками!
       Катерина Сергеевна в трубку: а на мне лаковые! Кугель-Бугель говорит: хоровод водили по кругу, салюты пуляли, смешно было, весело.
       Катерина Сергеевна в трубку кричит:
       — А на голове у меня корона была, блестючая!
       Стефания Константиновна: а на мне веночек серебристый! Кугель-Бугель говорит: дома Деда Мороза ждали-ждали, да и спать легли. Где его только носит?! А Катерина Сергеевна со Стефанией Константиновной в один голос: утром проснулись, а под елкой подарки! Мне... а мне...
       Папа говорит:
       — Стоп, хватит, а то вы про подарки до Нового года не выучите, больно длинный стих выйдет. Вот, что у нас получилось:
       Дети, дети, детушки,
       Что вы все нарядные?
       Елка в комнате стоит,
       Шишки шоколадные.
       
       Все вам хороводить,
       Петь да хохотать.
       Не пора ли, дети,
       Вам ложится спать?
       
       Что вы улыбаетесь,
       Розовые щечки?
       Или дожидаетесь
       Самой поздней ночки?
       
       Или дожидаетесь:
       На больших санях
       Дед Мороз приедет,
       Стукнет дверь в сенях...
       
       Нет и нет, почудилось,
       Лишь мигнет свеча,
       Может быть, не «ездиют»
       Деды по ночам?
       
       Прыгали да бегали,
       Повалились спать,
       Чтоб назавтра поутру
       Под елкой отыскать
       
       Сладости да радости,
       Да игрушек воз...
       До чего же хитренький
       Дедушка Мороз!
       
       И что вы себе думаете? Именно так, как в стихотворении, все и вышло! Утром после праздника проснулись, глядь, а под елкой... Но про подарки мы не будем, а то сказка слишком долгая получится...
       
       Константин ЦУКЕР,
       художник Андрей КОШЕМАРИН
       Продолжение сказки — в новом году, каждую пятницу на страницах цветного выпуска «Новой газеты»
       
25.12.2006
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 98
25 декабря 2006 г.

он же – цветной «декабрьский»

Наградной отдел
В 2006 году чиновников награждали так часто, как никогда до этого

Как получить именные золотые часы «от Путина»

«Ордена и медали найдут нас едва ли…»

Болевая точка
«Единая Россия» прекратила расследование по Беслану

Письмо главного редактора «Новой» генеральному прокурору Российской Федерации

Наши даты
Календарь за прошлый год

Отделение связи
«Лучшие читатели для лучшей газеты». Какой будет «Новая» в 2007 году

Станционный смотритель
Стенограмма новогоднего обращения народа президенту

Волобойские вести

Милосердие
Мы собираем подарки и деньги на лечение детей онкоцентра

Предновогоднее письмо о судьбе слов

Люди
Сергей Крикалев: 15 раз мы залетали в XXI век, и 14 раз возвращались в XX

Слава I степени. Великий придумщик, как обычно, в «Новой» на Новый год

Тост-воспоминание к 85-летию Чабуа Амирэджиби

Общество
«Новая газета» предложила поставить памятник героям фильма «Мимино». И тем самым спровоцировала сразу три дискуссии…

Санкт-Петербург
«Газоскреб». Этот термин, придуманный «Новой», вошел в питерский фольклор

«Миллер мстит архитекторам»

Московский наблюдатель
Праздник в самых дорогих ресторанах Москвы: меню цены, программы, люди

Регионы
Томашкевич первым придумал «Дом Деда Мороза» — в Архангельске. А на Великий Устюг он даже внимания не обращает

От Москвы — до поселка 113 км. Анонс новогоднего безумия

Подробности
Вся правда о шампанском. С 1693 года до наших дней

Уроки заботы и любви от Pedigree® продолжаются!

Власть и люди
Владимир Буковский придумал славную штуку: предложил московскому мэру на Новый год стать чудотворцем

Телеревизор
Ге-ррой нашего времени. Каждый будний день на Первом канале появляется народный целитель Малахов…

В новогоднюю ночь в телевизоре будут шутить и кататься на коньках

Проспект Медиа
На правах «Крокодила»

Музыкальная жизнь
Звездочёс: с 31-го на 1-е сбываются все финансовые желания российского артиста

Пригласительный билет
«Новая» приглашает друзей и прохожих на концерт легендарной арбатской группы

Личное дело
Истории из жизни наемного Деда Мороза-циника

О чем говорили Саша и Алена Ягодкины, когда были маленькие

Живой Журнал Степана Чердакова

Мир и мы
Как долететь до Рима за 13 евро

Специальный репортаж
Иерусалим. Здесь можно купить терновый венец и билет на Голгофу

Вольная тема
Александр Генис. Зимой в горах

Сектор глаза
Юрий Рост. Лёд

Ему позируют медведи…

Сюжеты
Львиную долю молока собака Джери отдавала двум приемным львятам

В переходе. Про музыку и деньги. И деньги без музыки

Библиотека
Константин Цукер. Правдивые истории про Кугеля-Бугеля и Стефанию Константиновну

Первый номер
«Новой газеты»
в 2007 году
выйдет в свет
11 января

 

АРХИВ ЗА 2006 ГОД
98 97 96
95 94 93 92 91 90 89 88
87 86 85 84 83 82 81 80
79 78 77 76 75 74 73 72
71 70 69 68 67 66 65 64
63 62 61 60 59 58 57 56
55 54 53 52 51 50 49 48
47 46 45 44 43 42 41-40
39 38 37 36 35 34 ЧН 33
32-31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12-11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

RSS

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2006 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.RuRambler's Top100

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100