NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ДЕРЕВЬЯ СТРОИТЕЛЬНЫХ ЛЕСОВ
Что делают московские Уорхоллы в заброшенных промзонах: возрождают город, занимаются бизнесом, развивают искусство?
       
Спектакль "LIQUIDфция" на "Fабrике". (Фото Артема Геодакяна)       
Сегодня много говорят и пишут о кластерах — арт-энд-бизнес-объединениях, возникающих в заброшенных городских и сельских промзонах.
       На Западе таким образом удалось спустя каких-то 20 лет после войны вдохнуть новую жизнь в экономически и социально запущенные районы и даже сообщить им статус фешенебельных. Идея принадлежит Великобритании. Недаром при каждом упоминании кластера у всех на устах прежде всего галерея «Тейт», расположенная в здании бывшей лондонской электростанции, и богемный район Челси.
       Но кластер, если понимать его широко, не ограничивается ни столицами, ни даже городскими стенами. Кластер — это доверенный художнику эксперимент над производством, бизнесом и бытом. В результате вырастает новая культура организации, которая у нас называется проектной или «под задачу». И отнюдь не всегда речь идет о чистом искусстве: «творческие индустрии» на Западе — понятие растяжимое. Главное — наличие нескольких типологических черт: диверсификации прежнего производства, профессиональной взаимодополнительности, популярности и поддержки городских властей. Все они работают друг на друга: здание — на многофункциональность, партнеры — на проект, искусство — на бизнес, бизнес — на городскую инфраструктуру…
       Меняется задача, меняются постояльцы, а теремок, как правило, стоит. К постоянным перепланировкам и реконструкциям располагает сам характер цехового интерьера, именуемый сегодня модным словом «лофт».
       
       
На прошедшем в ноябре форуме «Культура+» в помещении бывшей фабрики «Красная Роза», а ныне кластера Artplay выступил с лекцией Том Флеминг — глава консультативного агентства по вопросам развития творческих индустрий и территорий.
       Он привел такое множество интересных и забавных историй о том, во что и как можно превратить старые промзоны, что хотелось пересказывать их, как анекдоты. Например, о том, как художник нарисовал жизнерадостную картинку обновления ветхой и зловонной кожевенной фабрики и поместил этот рисунок в местную газетку. Город одобрил, инвестор нашелся. Или о том, как его, Тома, агентство предложило руководству королевского самолетостроительного завода выкупить старые здания за баснословные деньги. Пойманное на испуг Минобороны само взялось за реставрацию, и теперь у нового культурно-спортивного центра есть своя изюминка — многометровая аэродинамическая труба.
       А что же у нас?
       За последние 4—5 лет в столичных промзонах образовалось пять «кластеров». В кавычках, потому что от западных они отличаются тем, что каждый умудряется жить без какого-нибудь органа: без поддержки властей, без спонсоров, без диверсификации, без народа и даже без определенного места жительства.
       Проблема, как всегда, не только во «враждебном окружении»: узколобые власти, коварные спонсоры и равнодушные граждане. Художники сами пока с трудом объединяют в одно словосочетание «творчество» и «индустрию».
       Настороженные отношения между «телом» и «духом» чувствуются и в критике.
       Стоит, например, Катерине Дранкиной в одной из статей назвать, вслед за европейцами, кластер «симпатичной тенденцией» городского развития, как Ирина Кулик бьет тревогу: «Не хотелось бы, чтобы искусство превратилось в элемент уже не образа мысли, но декора, а артзаводы — в диснейленды».
       Пожалуй, единственный, кто с видимым удовольствием именует себя кластером, — это уже упомянутый Artplay. Один из его создателей, Сергей Десятов, с первых же интервью взял бизнес-тон: «Мы не замахивались на то, чтобы становиться центром современного искусства. Мы просто объединили под одной крышей тех людей, с которых начинается любой проект». Однако солидная компания архитекторов, дизайнеров, мебельщиков и поставщиков сначала заселила к себе Московское архитектурное общество с Гильдией архитекторов и дизайнеров России, а потом нарастила такой мощный артсектор, что собирается съезжать с целью дальнейшего культпросветразвития.
       Примечательно, что руководство кластера осуждает повальное увлечение застройки промзон офисами и элитным жильем (как это планируется, например, на фабрике «Красный Октябрь») и надеется, что «Красная Роза» останется «значимой точкой на культурной карте города», а творческие индустрии получат поддержку властей.
       
       Без бизнеса
       Такой поддержкой сегодня в полной мере располагает исключительно ГЦСИ, выросший из объединения художников «Якиманки». Здесь множество образовательных программ, включая знаменитую артотеку, но ноль бизнеса, ни одного спонсорского баннера на сайте и «богемно-музейная» публика. Плюс единственное в Москве реконструированное «под арт» здание бывшего завода электроосветительного оборудования. На казенный счет. Не кластер же.
       
       Без диверсификации
       Проект «Fабrика» на Бауманской возник в результате уплотнения бумажного предприятия «Октябрь» и напоминает что-то вроде новомодного заводского ДК, где производство и искусство (молодежный театр, выставки, кино и видеоарт) хоть и взаимовыгодны, но все-таки «параллельны».
       Однако нежелание директора Аси Филипповой именовать заведение кластером связано с другим: для нее «Fабrика» — это культурный центр. Она мечтает о государственной (особенно информационной) поддержке, об обмене проектами с зарубежными коллегами и о максимальном привлечении недоверчивых жителей соседних улиц (в проекте предусмотрены кафе и детские мультфильмы по выходным).
       
       Без власти
       В тех же категориях, но иных масштабах мыслит дирекция «Винзавода». 20 тыс. гектаров бывшей «Московской Баварии» полностью отданы под пропаганду современного искусства в широких столичных массах. Помимо художественных студий и выездных площадок наиболее успешных галерей и биеннале, здесь будут расположены близкие по духу офисы и бутики.
       В отличие от многих коллег арт-директор проекта Николай Палажченко уверен: только частные деньги могут обеспечить свободу творчества, а чиновники пусть «пилят бюджеты» где-нибудь еще.
       «Винзавод» сегодня означает зарплату от фаната-«заводчика», длинную очередь художников на место под сводами и категорическое нежелание называться кластером.
       
       Без народа
       С территории «Винзавода» хорошо виден «Газгольдер». Для непосвященных слово звучит как марка элитного немецкого пива. И правда: в символической цитадели булькает гремучая смесь из перестроечного андеграунда, модного бизнеса и концептуальной классики. Судите сами: закрытый клуб, где бывает Бугаев-Африка, мастерские Дениса Симачева и Кати Гомиашвили (с бутиками в центре города), «Якут-галерея», выпускающая журнал «Нарцисс»… Подпольно-престижный «перегонный куб» так «страшно далек от народа», что даже руководство завода «Арма» какое-то время не знало о его существовании. И справок по телефону молоденькие «менеджрицы» не дают.
       
       Без видов на жительство
       Есть среди московских кластеров и свой дервиш. Ни тебе зарплаты от государства или спонсора, ни особого бизнеса, ни определенного места жительства (срок льготной аренды гаражей «Красного Октября» уже год как истек). Зато у самого Кремля и в обнимку с широкими народными массами, которые привыкли к ежемесячной «фестивальной» программе, гражданским и культурным акциям, да и вообще гулянью по выходным на «Арт-Стрелку».
       Директор Ольга Лопухова ведет историю кластеров вовсе не из буржуазного далека, а из отечественных 90-х, объединявших художников андеграунда. Искренне радуется замечательной реконструкции здания ГЦСИ и экспериментам на «Винзаводе», но для нее власть и деньги из ненадежных давно уже перешли в разряд сковывающих. Будь у «Арт-Стрелки» госпротекторат, считает она, вряд ли удалось бы провести политическую акцию «Артгруз». А содержал бы «Стрелку» олигарх, трудно было бы уйти с насиженного места и начать что-то новое.
       В слове «кластер» Ольге чудится «бластер», «клистир» и даже «колхоз». Модная кличка для морально стареющей формы. «Арт-Стрелка», как и «Арт-Клязьма», утверждает она, исчерпали свою новаторскую энергетику, которая гораздо важнее коммерческого успеха.
       В нынешний проект «Арт-Поле», который принадлежит галерее «Айдан», рассказывает Ольга, денег было вложено в 19 раз больше, чем в «Арт-Клязьму», а того — колумбовского — кайфа не было…
       Заметим, «Арт-Поле» было задумано как часть зеленоградского пейзажа с дополнительной целью продвинуть завод высоких технологий и cпонсора Citronix. Во дворе предприятия, под елками, навсегда остался один из экспонатов — в подарок.
       В этом же году фестиваль видео-арта «Пусто», проходящий на городских площадях и пустырях, в лице своего арт-директора Ксении Перетрухиной поклялся не гостить в помещении и не участвовать в программе Дня города.
       Выходит, миндальничать с мегаполисом — вообще не по-московски? Или имеет место быть банальная незрелость городских инфраструктур? Тут впору завести спор западников и славянофилов.
       Однако есть еще любопытный пример с европейским же названием — land-art.
       Я имею в виду проект Николая Полисского в калужской деревне Николо-Ленивец.
       Проект был основан на свободном труде свободно собравшихся крестьян — маргиналов и соавторов мэтра, которые в этом году успешно конкурируют с профессионалами в рамках «Архстояния» на реке Угре. Но изначально заданный «натуроцентристский» и бездельницкий тон сохранился и в новом контексте, намекнув на особенную стать наших творческих индустрий.
       То, что «Архстояние» — не «Арт-Поле», отметила в своей статье Ирина Кулик. Как писал Д. А. Пригов, «хоть русские и поопрятнее, а все ж татары поприятнее». Впрочем, он и наоборот писал.
       На форуме «Культура+» мы узнали, что между «Архстоянием» и птичьим угодьем «Воробьи» калужские власти собираются разместить технопарк. Услышав об этом, народ недовольно загудел, а Том Флеминг стал азартно размышлять вслух о том, как может дизайн послужить технологии, чтобы к обновленной цивилизации, в свою очередь, потянулись люди. Опыт Nokia приводил...
       
       Юлия КВАСОК
       
14.12.2006
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 95
14 декабря 2006 г.

За рулем
«Ледоколы» на встречной. Чиновники нашли новые пути объезда правил движения

Санкт-Петербург
Полигон в черте Петербурга. Восемь лет здесь испытывают методы борьбы с гражданской инициативой

Власть и люди
Дети из Волгодонска тоже хотят увидеть кремлевскую елку

Обитателям воронежских общаг выставляют счета за коммуналку выше, чем в элитных новостройках

С пенсионером из Йошкар-Олы обошлись как с террористом

Суд да дело
Признания задержанных наци показались петербургским прокурорам слишком чистосердечными…

Спустя два года разбирательств наш суд подтвердил: дальнобойщик невиновен

Обстоятельства
Семейный подвиг милиционера Пупочкина

Подробности
Зачем «Единая Россия» экстрадирует уголовного авторитета Татарина из Греции?

Наградной отдел
Журналистика как поступок

«Газета, в которой работала Анна»

Сектор глаза
В интернете открылась международная художественная выставка памяти Анны Политковской

Митинги.Ру
Хотят, чтобы мы молчали? Помолчим на минуте молчания

В Москве прошел Гражданский конгресс. А в его штаб-квартире — обыск

После выборов
Бывший кандидат в мэры оспаривает решение избиркома

Цена закона
Владимир Рыжков: Нам предлагают повторить неудачу Маргарет Тэтчер

Власть и деньги
Кресла становятся неуютными не только для мэров…

Володин и двойники. Чьи доходы нашли саратовские репортеры?

Точка зрения
Юлия Латынина: наша нефтегазовая стратегия больше всего напоминает отравление Литвиненко

Мир и мы
Будущее ОБСЕ под вопросом. Отвечает руководитель делегации США, посол Джулия Финли

Интернет
На конференции в Москве психологи обсудили проблему раздвоения личности в интернете

Медицина
Рак легкого — не приговор

Грипп прокололся

Тупики СНГ
Кровь доноров в Туркмении опасна для жизни

Вольная тема
Ефим Бершин. Восстановление СССР путем закапывания ям

Регионы
Вятичи схлестнулись в споре о названии областного центра

Спорт
Олег Маскаев снова защитил звание чемпиона мира

Кого надо удалить с футбольного поля?

Телеревизор
Телезритель недели — музыкант Александр Градский

Кинобудка
Премьеры декабря с Ларисой Малюковой…

Культурный слой
«Декабрьские выходки» в Петрозаводске

Что делают московские Уорхоллы в заброшенных промзонах?

Свидание
Екатерина Директоренко: Мне стыдно читать лирические тексты

Музыкальная жизнь
Репортаж с концертов «Мельницы» и Эдди Си Кэмпбелла в Москве

АРХИВ ЗА 2006 ГОД
98 97 96
95 94 93 92 91 90 89 88
87 86 85 84 83 82 81 80
79 78 77 76 75 74 73 72
71 70 69 68 67 66 65 64
63 62 61 60 59 58 57 56
55 54 53 52 51 50 49 48
47 46 45 44 43 42 41-40
39 38 37 36 35 34 ЧН 33
32-31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12-11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

RSS

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2006 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.RuRambler's Top100

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100