NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ОСЕННЕЕ ПОТЕПЛЕНИЕ?
Снятие мигалок и прокуроров и хрущевская оттепель
       
(Фото — Яков Назаров)
      
       
Итак, поползли слухи. Стали роиться версии.
       Уволили (вроде бы) Шохина и Кашаева. Сокращают число пресловутых мигалок; еще кое-что — пустячок, а приятно. Что касается двух первых, кто, конечно, поручится, что не пойдут на повышение — по другой, скажем, части? Что до второго, и тут «Единая Россия» перехватила лавры борцов с привилегиями, устроив собственную пиар-акцию. И все же — мог ли Путин прежде позволить, чтобы в чью-то шальную башку запало подозрение, будто одиозные наши юристы наказаны — ну не за «ЮКОС», понятно, так за «Три кита»?
       Раньше-то прессе надо было впасть в наивность, переходящую в идиотизм, дабы надеяться, что ее критика избранных президентом людей возымеет действие. Получалось или выглядело, как правило, наоборот: вызывающая демонстрация милостей к ним — вперекор критиканам.
       Неужто признаки некоей новой «оттепели»?
       Как бы то ни было, у людей моего возраста воспоминания неотвратимы.
       
       
Помню зрительно четко: в час падения Никиты Хрущева Анатолий Софронов (при Сталине бывший, по оценке Симонова, также небезгрешного, «литературным палачом», а в годы хрущевского торжества, к моему смеху, заверещавший о «черном безвременье культа личности»), в общем, этот монстр, взойдя на трибуну какого-то писательского собрания, навалившись на нее всей своей знаменитой тушей, объявляет:
       — Ну, как говорится, долго в цепях нас держали…
       И шутовски заключает, широким комическим жестом предъявляя сочувственной аудитории свое дородство:
       — Я же не могу сказать: долго нас голод томил!..
       Бесстыдник, он бесстыдник и есть. Но, вспоминаю, ведь и я, узнав о хрущевской отставке, не удержался от злорадства, полагаю, в любом случае непочтенного. Понимал, знал, что будет хуже, и все ж: «Получай, что заслужил!». Потому что оттепель кончилась раньше его свержения, переродилась, выродилась, как и сам «дорогой Никита Сергеевич» стал в последние месяцы власти страшен — прежде всего в исступленной ненависти к интеллигенции.
       Словом, закончилась оттепель скверно, стыдно. А какой была в свою лучшую пору?
       «Кто пустил в оборот эту байку про либеральные 60-е годы?» — воскликнул в своих мемуарах мой добрый товарищ, замечательный кинодраматург Анатолий Гребнев. И правда: не говоря о цензурно-начальственных притеснениях, которые вспоминает покойный Толя, а то, что много страшнее, например, Будапешт 56-го? А Новочеркасск? А Пастернак, который «хуже свиньи», как изысканно высказался тогдашний глава КГБ (уверял, что был науськан самим Никитой)? И т.д. и т.п.
       Наивности и тогда было через край, но, не хвастаясь (мне-то нечем: был почти юн, соответственно несмышлен, внимал старшим и опытным), скажу: никто из нашей компании, скопившейся в «Литгазете» оттепельной поры, — не касаясь коллег-критиков, назову имена, ныне наиболее памятные: Окуджаву, Коржавина, Максимова, Балтера, Владимова, вовсе молоденького Чухонцева, — никто, говорю, не верил, что оная оттепель, по Леониду Мартынову, «благостный градус тепла», окажется продолжительной. Напротив, удивлялись, что она длится. И, вопреки нынешней пренебрежительности ко всем шестидесятникам сплошь, если и относились спокойно к демагогии вроде «социализма с человеческим лицом»… Нет, вру, поддаваясь аберрации: это понятие было непроизносимым да и просто неведомым, оно уже из «пражской весны»; тогда говорилось о «ленинских нормах», что, повторяю, не раздражало даже при наступающем понимании, «ху из» Ленин. Если, мол, вам охота так называть освобождение и реабилитацию жертв ГУЛАГа, ну и называйте себе на здоровье.
       Что было несомненным, не менее чем историческим, прорывом, — впрочем, соблюдем иерархию, несравнимым с тем, с чем несравнимо ничто, с крушением «архипелага», отчего и Ахматова, мать сына-лагерника, называла себя «хрущевкой», — так это переворот в жизни словесности. Как чересчур очевидное, пусть не для всех, не перечисляю — по причине невозможности это сделать — громких, а то и действительно славных имен, вернувшихся в «литературный процесс», очнувшихся от оцепенения, наконец, просто впервые вошедших в литературу: мне самому этот предполагаемый перечень кажется ослепительным до неправдоподобия.
       И сколь ни узка была щель, в которую разрешили — как обнаружится вскоре, по недосмотру, — проникнуть живому; сколь по-своему ни обидна мысль, что причиной именно недосмотр власти, занятой своей «политикой» (то, что никак не стоит принимать за сознательное послабление, — ведь даже «Иван Денисович» прежде всего был прагматически нужен Хрущеву в его борьбе с соратниками-врагами), это и дало возможность многим достойным явиться и воплотиться.
       
       
Это после возникнет — скорее, воскреснет — теория (Вадим Кожинов и не он один), будто деспотия, цензурный гнет, угроза репрессий способствуют расцвету искусств — как оно, дескать, было при Николае I. Ложь: вовсе не это, а недолгий (1812—1825) век, если не миг, дворянской раскрепощенности, пушкинско-декабристский, в который, шутка сказать, счастливо угадал попасть и сам взрослеющий Пушкин; век свободы, пусть всего лишь мечтаемой, иллюзорной, породил по благородной инерции то, что именуем «великой русской литературой». С еще не окончательно вытравленной гордостью за нее.
       Оттого же и при Брежневе дух еще долго не пропадал в нетях; другое дело, что брежневщина душила его — не обязательно репрессивно, но самим по себе развращающим соседством с комфортно раскинувшимся цинизмом. (Не удержусь, чтобы не процитировать помянутого Анатолия Гребнева, на сей раз его мудрый и незагаданно печальный «Дневник последнего сценариста», недавно и посмертно изданный: «Сталин — грозил, Хрущев — обещал, Брежнев — приглашал: садись с нами, выпей, закуси, составь компанию, все есть, садись! Не хочешь? Тогда, брат, не обессудь!».) И именно этот «застой» (понятие глупое: будто всего лишь стояли, не пятясь назад), а не сама по себе перестройка, многих выбившая из колеи, подготовил нынешнюю культурную ситуацию вялости, робости, обморочности.
       (Я не прав? Ну дай-то Бог, дай-то Бог…)
       Возвращаясь к Хрущеву, который, кажется, только один, и то отчасти по темноте, верил в коммунизм, — окружавшие его словно готовились жить в эпоху Брежнева, — то он в самом деле заслужил свою горькую гордость отставника: это его, а не чьи-то усилия создали возможность бескровной отставки главы государства. Без пули в затылок.
       Все верно. Но он же сделал свое падение и, стало быть, переход страны в еще большую скверность неизбежным.
       Тем ли, что восстановил против себя сталинистскую партбюрократию — урезанием привилегий (!), умалением ее власти? Конечно, и этим, но главная — и неминуемая для человека системы — оплошность была все же не в «либерализации» (понятие в те годы немыслимое, насыщенное классово-враждебным смыслом), а в непоследовательности. (Как Ельцин не «раздавил гадину».) Не только в снисхождении к сталинистам, но и в самоличном впадении в сталинизм, буквально. «В области идеологии я сталинист», — примерно так он говаривал, боясь интеллигенции, казалось бы, уж такой бесправной, и, что хуже, презирая ее.
       Разумеется, ту ее часть, что имела основание носить родовое имя; какой-нибудь «беспартийный Соболев», прихвостень-негодяй, был в чести — или помню, как мы смеялись (а что оставалось делать?), когда секретарь всей столичной парторганизации отказался наказывать коммуниста Софронова, учредившего с «группой товарищей» подпольный бордель: «Не будем ссориться с интеллигенцией».
       
       
Ну вспомнил я все это — и что? Зачем? Ради аллюзионности, каковая подстерегает везде и всюду? Нет. Помнить стоит для того, чтобы помнить, только и всего, не надеясь на извлечение уроков. «Либерализацией» (слово теперь разрешенное, хотя не совсем вышедшее из подозрения), если угодно, и «оттепельностью», в русской и советской истории можно считать все, что заблагорассудится. Смена «железного наркома» Ежова на добряка Берию не казалась ли таковой?
       Речь вообще не о власти, а о нас с вами. О нас, способных впадать в умиление от любых послаблений, даже от задержки с репрессиями, от того, что очередной властитель, имея неограниченные карательные ресурсы, не спешит их реализовать в полной — «высшей» — мере. «Их величество — и не кусаются!». «А мог бы и зарезать!» Или, как памятно для меня высказался С.В. Михалков, уверяя, что советские условия ничуть не калечили уникальный, хрупкий талант Юрия Олеши: «Его же не сажали. А могли посадить всех».
       И то правда. По стародавней лакейски-угодливой формуле: «очень вами благодарны»…
       А вообще-то — спасибо без всякой иронии. Хоть за какое-никакое облегчение доли рядовых автомобилистов, хоть за Шохина и Кашаева. Даже если судьба их сложится наиблагополучным образом, несколько дней приятных эмоций нам подарили.
       
       Станислав РАССАДИН, обозреватель «Новой»
       
02.10.2006
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 75
2 октября 2006 г.

Кавказский узел
Не довести до войны! Довести до абсурда

Если хочешь обидеть грузина…

Чем для Грузии отличаются СВР, ФСБ и демоническое ГРУ

Переводы с дипломатического

Россия не отрицает, что арестованы военные разведчики

Тупики СНГ
Лукашенко пригрозил России разрывом отношений

Обстоятельства
Туркменский газ для Европарламента оказался важнее политзаключенных

Мир и мы
На каких условиях «энергетическая сверхдержава» Россия хочет договориться с Европой

Россия становится непредсказуемым партнером для Запада

Санкт-Петербург
Чеченизация Питера

Зачем «Восток» пришел на запад

Расследования
Генералы широкого потребления. Новые факты из уголовного дела о китайской контрабанде, направленной на склад ФСБ

Красноярск. Дело о пяти подростках

Суд да дело
Судам вынесли приговор

Дело Сычева утратило политический смысл

Армия
Курс на молодого бойца

Образование
Православная епархия Саратовской области против здорового образа жизни школьников

Митинги.Ру
Школьники объявили забастовку в защиту учителей

Продолжается акция протеста соинвесторов

Подробности
Сочинский национальный парк угрожает Олимпийским играм

Оборонный НИИ разрабатывает технологию борьбы с самим собой

Новости компаний
Для чего Altimo скупает телекоммуникационные активы

Власть и люди
Открытое письмо президенту России от воронежского фермера: «Я заправляю трактор 16 ведрами картошки»

Реакция
Проверкой установлено, что гору Машук украли у государства не нарочно

Батоно — не хлеб для милиции

Обзор форума «Новой» Открыто.Ру

Отделение связи
В ГУЛАГ за 200 долларов и в дурдом за телевизор…

«Горячий телефон» «Новой»

Новейшая история
«СССР: продукт после распада». Часть V. Две Украины одной страны

Четвертая власть
Возвращением Васильева из Киева довольны все: и «Коммерсант», и власть

Телеревизор
Питерский «Пятый канал» хочет соперничать с Первым, «Россией» и НТВ

За рулем
«Вокруг света за 80 дней». Русская рулетка в Лас-Вегасе

Наши корреспонденты провели мониторинг московских улиц: 33 мигалки в час!

«Стародум» Станислава Рассадина
Снятие мигалок и прокуроров... Осеннее потепление?

Свидание
Светлана Алексиевич: Вся Россия меняется. И каждый в России остался наедине с этими изменениями

Навстречу выборам
В лице Партии жизни «Единая Россия» нашла себе конкурента на региональных выборах

Спорт
Султан Ибрагимов. Говорит тихо, бьет быстро

Максим Калиниченко: Поддерживаю Диму Аленичева

Армен Джигарханян: Не русская это игра — футбол

Технологии
Откровения сотрудника компании, которая занимает 60% российского рынка рекламных сообщений

Как завернуть мусор в трубку…

Культурный слой
Скандал вокруг памятника Астафьеву

Дом кино уничтожают в пожарном порядке

Судьбы двух замечательных художников — Сергея Прокофьева и Николая Заболоцкого

Библиотека
Книги с Александром Гарросом

Кинобудка
Открылся Международный кинофестиваль «Новое кино. XXI век»

«Киношок»: смотр сознательно плохого кино

Проходит Первый московский фестиваль американского кино

К сведению…
Подписка-2007

АРХИВ ЗА 2006 ГОД
98 97 96
95 94 93 92 91 90 89 88
87 86 85 84 83 82 81 80
79 78 77 76 75 74 73 72
71 70 69 68 67 66 65 64
63 62 61 60 59 58 57 56
55 54 53 52 51 50 49 48
47 46 45 44 43 42 41-40
39 38 37 36 35 34 ЧН 33
32-31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12-11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

RSS

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2006 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.RuRambler's Top100

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100