NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

И ПОШЛИ МЫ В ТЫЛ КВАНТУНСКОЙ АРМИИ…
Ветеран войны Валентин Кукуев вспоминает, как творил историю
       
       
Валентин КУКУЕВ — один из десятков тысяч воронежцев, в чей возраст вписалась практически вся новейшая история страны; один из десятков тысяч тех, кто в 16, 17 и 18 лет уходил на фронт сражаться за Родину, менял ход истории и собственной жизни.
       В следующем году ему исполнится 80, и сегодня он — самый молодой среди ветеранов войны села Гремячье Хохольского района Воронежской области.
       
       
– Мать-то у меня сидела — по 58-й статье. Я потом на-шел в архиве ее дело. Первая причина такая: в 37-м принимали в колхоз единоличника и бедняка. Мать была в президиуме, сказала: «Что ж вы трудягу не приняли, а это ж лодырь, у него ни кола, ни двора». Мать неграмотная была, но независимая, острая на язык. Соседка донос написала: мол, недовольна на советскую власть, ждет немцев: тогда я с вами со всеми расправлюсь. Резюме: пособница кулачества, контрреволюционная деятельность. Хотя она очень трудолюбивая была, всегда в активе, в районе на Доске почета висела. Ей даже как лучшей в 38-м году земельный акт вручали на вечное пользование — огромная такая папка и слово «АКТ» золотыми буквами. А донос уже был.
       Отец умер в 30-м году, прямо на работе. Туберкулез кости. Брату шесть было, а мне три.
       В 35-м мать вышла замуж, он у нас в хате жил. Родился мой брат сводный, Колька. Через год отчим ушел, а Колька у нас остался.
       Брат старший, Федор, в 38-м окончил семь классов и в Воронеже поступал в техникум авиационный. Не прошел по зрению. Тогда он тайно завербовался и уехал в Бухару работать на МТС. Он неординарный был. В 12—13 лет уже печатался в газетах, стихи писал, очерки.
       В 41-м он приписал себе год и ушел на фронт. Написал нам письмо, я его долго хранил — клятву дал, что до последней капли крови будет бить фашистов. Больше я его никогда не видел. Уже из армии писал я потом в Бухару, мне ответили, что Кукуев Федор Федорович пропал без вести.
       В архиве потом видел я еще два доноса на мать. Один раз пришла она к соседям, и ей почтальонша принесла повестку в суд за то, что она из леса сушняк принесла. Соседка повестку прочла, и они заругались. Мать говорит: «Твой муж — председатель совета, коммунист, припер целый воз дров, а меня за сухие ветки в суд?».
       В доносе написано: дискредитировала политику партии ВКП(б), недовольна на советскую власть. Резюме: контрреволюционная пропаганда.
       А третий донос был в 40-м году. Нарком обороны Тимошенко издал приказ: после службы в армии сдавать обмундирование. Вот Митрошка пришел с армии уже в гражданском, а мать моя: «Митрошк, что ж ты за два года не заслужил этой тряпки?». Так. Клеветала на рабоче-крестьянскую Красную армию, подрывала ее боевую мощь.
       В 41-м, как война началась, ее и забрали. Я помню как сейчас: 27 июня, еще коров не выгоняли, на бричке приехали за ней и забрали. Дали 7,5 лет.
       Мы с Колькой одни остались в хате. Мне — 14, ему — шесть. Дядька один за нами присматривал. Корову нашу он к себе взял, а нам давал молока, пшена.
       В 42-м в начале июля пришли фашисты. А перед этим наши отступали. Шли толпами измученные, голодные. Один к нам в хату зашел, воды попросил. Уходя, просил прощения, что нас одних оставляют. Обещал, что вернутся обязательно.
       Две недели немцы побыли и дальше ушли. За ними — мадьяры. Они оставались с июля по 24 января. Тогда бои шли трое суток подряд, днем и ночью. Освободили нас в ночь на 25-е, мы с ребятами утром быстрее туда, где бои шли. Первыми нам попались 60 немцев, убитые все. Мы их даже посчитали. Дальше прошли: два дуба и возле них гора гильз — мы на них прямо становились и скатывались. А потом вышли по сугробам к селу Прокудино, там наши наступали, и убитые лежали снопами. Мы не смогли их посчитать. Потом я узнал, что там полностью погиб целый батальон. Дальше курган, разбитое укрепление мадьярское. Там было жутко: руки, ноги, куски тел… Наша артиллерия поработала. Все порознь: поляна немцев побитых, потом тьма наших и на кургане мадьяры разорванные.
Валентин Кукуев, 1945 г.       В сентябре 1944-го меня взяли в армию. В 17 лет и два месяца. Судьбу мою решил один сантиметр. У моего друга было 150, его не взяли, а у меня 151 — как раз. Вес 43 кг.
       И пошли, кто в чем, пешком с Ивановки до Воронежа. Ну, погрузили нас и повезли на восток. Телячьи вагоны — нары, доски, стоит буржуйка. Мороз — под тридцать. Недели две мы ехали до Чебаркуля на Урале. Там поселили в лагере на 23 тысячи человек. У нас автоматная рота была, жили триста человек в землянке. С одной стороны метров сорок одни нары и с другой. В Чебаркуле нам выдали портянки, ботинки, латаные штаны, старые бушлаты на вате и теплые рубашки нательные. Рукавиц нет. Дали нам куски овчины — шейте. У меня толком не получилось. А если обморозишься, 10 лет за уклонение от армии.
       Кормили — буханку на десять человек. Кто резал — тому горбушка по закону. Ваня был Парфенов из-под Воронежа. Неграмотный, из семьи без отца, пятеро детей у них было. Но очень боевой. Я для его девушки писал письма. А он меня опекал. Один раз принес две свеклы, в столовой украл: на, ешь. Грязные, морозовые. Как я их грыз, на всю жизнь запомнил.
       В День Победы у нас шли учения — танкетки нас обкатывали, бросали гранаты, самолеты летали. После этого шинели выдали английские, немецкие, ботинки новые. Тогда у меня был фурункулез, весь в нарывах. Повезли всех на станцию и там долго держали. Никто не знал, куда мы дальше. Меня на носилках занесли в вагон. Повезли, и тогда мы поняли: в сторону Монголии, на японцев.
       В Монголии меня сразу в санчасть. Переливали кровь, лечили. Опять учения, только тут все наоборот: жара, песок, ползаешь, танки, пыль… Три месяца ни одного облачка. То пятнадцать километров марш-бросок, то двадцать. Зато нас стали кормить. Трофейное продовольствие, хорошее, хотя все соленое. И уже в рот ничего не лезло, давай воду одну. Нагрузки были невыносимые.
       После учений построили нас и объявили, что нам предстоит величайший поход на 800 километров. Наши предки с Суворовым переходили Альпы, а нам предстоит еще труднее. Но русский солдат из всех испытаний выходил с честью. И мы выйдем.
       И пошли мы в сторону границы с Японией. 14 дней по 50 километров. Иногда казалось — лучше умереть. Ночь, идет огромная масса, тысячи людей, взяв друг дружку под руку, и спят. Сны видишь и детство вспоминаешь, а сам идешь. Всю ночь и до двух часов дня, потом привал. Песок — не прикоснешься. Плащ-палатку натянул, а там все равно как на сковородке, и не знаешь, куда себя деть. Некоторые погибли от тепловых ударов. В 9 вечера подъем — и всю ночь идешь опять.
       На три четверти полк был сформирован семнадцатилетними мальчишками. Я был уже командиром отделения — 151 рост, 43 кг вес. Комбат называл нас сыночками.
       Все кончается. Пришли и мы к границе с Маньчжурией, под Хинганом. Замполиты собрали нас: пришло время смыть грязное пятно с репутации русской армии за Порт-Артур. Умели они говорить. Ну и пошли, как потом выяснилось, в тыл Квантунской армии. Карты были неточные, и батальон заблудился. Надо было пересечь главный хребет Хинганский, чтобы выйти на Маньчжурскую долину, а мы пошли вдоль. Связь не работала. Поначалу у всех была выкладка: фляга, автомат ППШ, диск, две гранаты, лопатка саперная, скатка, противогаз, плащ-палатка, каска, котелок, вещмешок, патроны, продуктовый НЗ. Почти все бросили по пути. У меня только автомат остался и диск. Лопатку долго берег, потом и ее бросил. Пот съедал одежду, она разваливалась.
       Двое с половиной суток по горам шли. Пытались воду найти. В одном месте почти докопались и мокрую землю сосали, уже вот она, влага, и вдруг — каменная плита. Многие были в истерике. Полбатальона умерли на этом пути. Друг мой лег: не пойду дальше, все. Пошли, говорю, пока есть надежда. Нет, так он и остался там.
       Мы вышли. И через два дня уже нас отправили в бой. Без штанов, как были. Взяли город легко, никто нас не ждал. Там уже отъелись, и нас переодели в японское. Так до конца в японских гимнастерках и воевали, погоны только наши пришили.
       Когда добрались до Чиньчжоу, комбата нашего арестовали. Через месяц отпустили его и даже повысили. Он потом на построении батальона не выдержал и заплакал. Каждого обнял и поцеловал и на память подарил свое фото. Настоящий был офицер, я эту фотографию берегу как реликвию.
       Города Мукден, Дайрен, Порт-Артур. Оказалось, я шел по тем же местам, где 40 лет назад воевал мой дед. Он пришел с той войны с четырьмя Георгиевскими крестами, но я никогда его не видел. Дед пропал без вести во время Гражданской.
       В ноябре 45-го демобилизовывали учителей, специалистов по сельскому хозяйству. Ветеранам выдавали трофеи. Знаменитый китайский шелк тюками везли.
       Еще иногда случались бои. Банды нападали. Однажды меня ранили в ногу: раздробило кость берцовую и колено. В госпитале полтора месяца пролежал. Потом меня оставили в комендатуре старшим патруля. Служил в комендатуре до апреля 46-го.
       В мае наши начали выводить войска. Мы ушли последними. В Хабаровске комендатуру расформировали. Меня направили в зенитный дивизион. Там я прослужил еще пять лет и демобилизовался. Дома меня девушка ждала, Надя. Когда я ушел на фронт, ей было шестнадцать, она училась в 8-м классе. Обещала меня ждать. Это сейчас сексуальная революция, тогда по-другому было. Она мне позволяла себя целовать, и мы даже ночевали однажды вместе, но самого главного она так и не позволила. Ждала меня семь лет и была честная.
       В армии отслужил я с 44-го и по 51-й год. В Хабаровске мне пришло единственное письмо от двоюродной сестры, что мама вернулась. Полгода ей скостили за образцовое поведение. Вернулась она домой, к Кольке, стала в колхозе работать.
       Ну, встретились. Мама изменилась мало. Такая же деятельная, независимая. У них уже появилась телочка. От той, еще нашей коровы. Куры были во дворе. В селе двое ребят-одногодок из пятнадцати осталось после войны. Остальные сгинули.
       Надя готовила меня в техникум поступать. Она сама училась в Воронеже, комнату снимала. Мы в 52-м поженились. И первый сын родился в 53-м. Сдал я в техникум на машиниста паровоза. А через полтора года меня исключили как сына врага народа. Опасен я для работы на железной дороге. Потом поступил в педагогический и окончил его с красным дипломом. Поехал на работу в Гремячье, там Надя моя уже работала учительницей.
       Я б все отдал, чтобы в прежнюю жизнь вернуться. Тогда у меня была Родина, моя страна. Теперь у меня ее отобрали. Пенсия у меня как у ветерана хорошая — почти 9 тысяч. Живу один, Надя давно умерла, в родах. Пятеро детей (младшенькой было два, когда Надя умерла, старшему — 12), они уже взрослые, но я стараюсь им помогать. Живу один, хозяйство домашнее не веду, две собаки только. Пенсии за глаза хватает. Материально мне сейчас, может, и не хуже, чем раньше. Морально — можно только во сне…
       
       Подготовил Александр ЯГОДКИН
       
22.06.2006
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 46
22 июня 2006 г.

Власть и люди
История «Дома №19». Точки зрения сторон

В Бутове смычка политики и экономики закончилась баррикадами

Хроника событий и комментарии причастных лиц

Митинги.Ру
Нацболы заперли чебоксарских чиновников на замок

Цена закона
Члены партии власти занимаются экстремизмом

Кавказский узел
Президенты, которые даром не нужны

В подпольной Ичкерии сменилось подпольное руководство

Расследования
Басаев бросил боевиков в беде. Неизвестные подробности захвата Нальчика

Террор
Российских дипломатов похитила «Аль-Каида»

Первые лица
Что за птица новый генпрокурор?

Чайку «ассоциируют» с Собяниным

Армия
Пьяный подполковник сделал капитана Шумакова инвалидом

Суд да дело
Копцева снова «разожгли»

В Саратове «медведи» массово судятся с журналистами и избирателями

Четвертая власть
Алексей Симонов: Достоинство чиновников продолжает расти

Точка зрения
Владимир Рыжков. Как перепахать партийное поле

Навстречу выборам
Вешнякову дали досрочное поручение

Регионы
Водка вернется в Москву

Объяснительная с «Родины»

В Самаре произошел взрыв на Троицком рынке

Американцам показали в Воронеже, где снаряды

Краiна Мрiй
В Украине женщин пускают в политику, но не в футбол

В Крыму замаячило православие

Тупики СНГ
Буш официально признал Лукашенко преступником

Спорт
Команда Туниса Украине по зубам

Футбол по-американски

Несколько поездов Рональдиньо

За Германию играет ветчина

Медицина
Офтальмолог Игорь Азнаурян — о коррупции в государственной медицине

Образование
Десятки тысяч выпускников не получат «корочки» вовремя

Исторический факт
К началу войны в стране были танки, пушки и самолеты — в циклопических количествах и отменного качества

Люди
Ветеран войны Валентин Кукуев вспоминает, как творил историю

Культурный слой
Александр Межиров: И войны нет на войне

Проспект Медиа
На «Радио России» стартовал еще один «национальный проект»

Телеревизор
Почему сериал «Зона» возмутил нынешних тюремных начальников и понравился бывшему

Виктор Чижиков: Стало не хватать коммуналок

«Лучшие» шутки телеканалов

Кинобудка
Завтра открывается XXVIII Московский Международный кинофестиваль

Алексей Евдокимов: Кино крутится на одном месте

Свидание
Анна Михалкова — о связи личного и профессионального, о бремени фамилии и цене страсти

Библиотека
Юлий Дубов. Заговор Горацио

Китайский летчик Босс Арт

Книги с Александром Гарросом

Сектор глаза
В Москве завершился шестой фестиваль социальной рекламы

Московский наблюдатель
Что мы увидели, подсматривая за москвичами…

АРХИВ ЗА 2006 ГОД
98 97 96
95 94 93 92 91 90 89 88
87 86 85 84 83 82 81 80
79 78 77 76 75 74 73 72
71 70 69 68 67 66 65 64
63 62 61 60 59 58 57 56
55 54 53 52 51 50 49 48
47 46 45 44 43 42 41-40
39 38 37 36 35 34 ЧН 33
32-31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12-11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

RSS

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2006 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.RuRambler's Top100

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100