ПИЧУГИНУ ВЫНОСЯТ ОБВИНЕНИЕ ПО ТЕЛЕВИЗОРУ
Суд не против
 3
апреля 2006 года в Московском городском суде
начался второй процесс по делу бывшего
сотрудника нефтяной компании «ЮКОС» Алексея
Пичугина. Весной прошлого года Мосгорсуд уже
приговорил его якобы за организацию убийств к 20
годам колонии строгого режима. Сейчас обвиняют в
новых убийствах. Выводы следствия и ход процесса
комментирует адвокат Алексея Пичугина Ксения
КОСТРОМИНА.
— Ксения Львовна,
заседание 3 апреля было чересчур коротким. Что
случилось?
— Мосгорсуд отложил
слушание на конец апреля из-за того, что в процесс
вступили новые адвокаты. Вдобавок адвокат одного
из подсудимых находится в отпуске.
— Два эпизода
нынешнего уголовного дела связаны с именем
бизнесмена Евгения Рыбина. Насколько я помню, эта
фамилия уже звучала на первом процессе.
— На первом процессе
фамилия Рыбина действительно прозвучала.
Пичугина тогда не обвиняли в организации
убийства этого человека. Но, когда в суде
допрашивали свидетелей обвинения, один из них
рассказал, что исчезнувший Сергей Горин якобы
упоминал о причастности Пичугина к покушениям на
жизнь Рыбина. Мы, разумеется, возражали против
того, чтобы эта информация была доведена до
присяжных, поскольку создавала негативное
впечатление о подсудимом. Суд не сделал этого. И
только после того, как прокурор выступил в
прениях, судья Наталия Олихвер сказала
присяжным, что обвинения в убийстве Рыбина
учитываться не должны. Сейчас неожиданно
выяснилось, что Рыбин сильно мешал «ЮКОСу».
Непонятно только, зачем понадобилось при этом
его устранять, ведь «ЮКОС» и так выигрывал у
компании Рыбина арбитражные процессы.
— Присутствуют ли в
фабуле обвинения имена Ходорковского или
Невзлина?
— Фамилии
Ходорковского в фабуле обвинения нет. Что
касается Невзлина, то в части эпизодов он назван
в качестве заказчика убийств — в том числе и
устранения мэра Нефтеюганска Петухова. Это
убийство произошло в 1998 году. Тогда многие
руководители «ЮКОСа» были допрошены в качестве
свидетелей, и никаких претензий к ним не было.
— Новые обвинения
Пичугину — это очередная попытка Генпрокуратуры
добиться экстрадиции Леонида Невзлина в Россию?
— Думаю, что все
происходящее с Алексеем Пичугиным делается
исключительно ради этого.
— Много ли свидетелей
в списке?
— Около трехсот со
стороны защиты, всего — более восьмисот.
Интересно, что, когда защита передала
следователю список свидетелей (он обязан
включить его в текст обвинительного заключения),
Юрий Буртовой вычеркнул четыре имени. Это
противозаконно: мы должны лишь уведомить
следователя о своем выборе, а не просить
разрешения.
— Почему дело
рассматривает профессиональный судья, а не
присяжные?
— Вспомните, как шел
прошлый процесс с участием присяжных. Пичугин
убежден, что первая, независимая коллегия,
распущенная судьей Наталией Олихвер в момент,
когда до окончания процесса оставались одна-две
недели, была готова оправдать его. А те
заседатели, которые вынесли обвинительный
вердикт, находились под контролем
Генпрокуратуры. Это косвенно подтвердил
прокурор Камиль Кашаев. Он заявил на
пресс-конференции, что присяжных «возили в суд на
автобусе». До сих пор остается загадкой, зачем
это делалось.
— Насколько кампания,
проведенная Генеральной прокуратурой в СМИ,
повлияла на решение Пичугина отказаться от суда
присяжных?
— После вынесения
приговора по телевидению выступали
представители Генпрокуратуры. Они говорили о
том, что Пичугину будут вскоре предъявлены новые
обвинения. Телевидение демонстрировало фильм, в
котором «ЮКОС» изображался бандитской
группировкой. Мы, конечно, не сидели сложа руки.
Например, защита Пичугина обжаловала действия
старшего следователя Генпрокуратуры Юрия
Буртового, который выступил в телепередаче
«Момент истины» 11 сентября 2005 года.
Мы посчитали, что в этом
интервью следователь сделал заявление, которое
нарушает принцип презумпции невиновности. Вот
мы, защитники Пичугина, и обратились в Басманный
суд. Процитировали речь Юрия Александровича
(Буртового. — И.К.), попросили, чтобы суд
истребовал запись телепередачи у канала ТВЦ.
Самое интересное началось, когда эта запись
оказалась в суде.
После просмотра
представитель Генпрокуратуры Валерий Лахтин
заявил, что не уверен, что на пленке запечатлен
именно Буртовой, но «если предположить, что
Буртовой», то ничего предосудительного в этом
нет. Мы подготовили ходатайство о вызове в суд
следователя Буртового, чтобы удостоверить его
личность, а Лахтин, посоветовавшись с кем-то по
телефону, признался в том, что Буртовой — это
действительно Буртовой. Суд решил дело не в нашу
пользу: с одной стороны, признал, что следователь
допустил высказывания о виновности Пичугина, а с
другой — объяснил, что это не нарушило права
моего подзащитного. Как так?
О Пичугине рассказывал по
телевидению и заместитель генерального
прокурора Колесников, но, к сожалению, мы пока не
можем обжаловать действия этого должностного
лица. Дело в том, что Пичугин не может передать
нам из «Матросской Тишины» доверенность.
Начальник СИЗО № 99/1 заверил документ, а потом
зачем-то отправил его следователю. Этой
доверенности мы, защитники, пока не увидели.
Записал Игорь
КОВАЛЕВСКИЙ
Тем временем
В Симоновском суде
заканчивается один процесс, касающийся «ЮКОСа»
(дело в отношении юриста компании Светланы
Бахминой, обвиняемой в хищении имущества
компании «Томскнефть» и уклонении от уплаты
налогов), и начинается второй. Решается вопрос о
привлечении к уголовной ответственности
вице-президента «ЮКОСа» Василия Алексаняна.
В 1997 году «ЮКОС» приобрел
ОАО «Томскнефть». Год спустя «группа лиц» —
Светлана Бахмина, Дмитрий Гололобов (начальник
юридического управления «ЮКОСа», ныне
находящийся в Лондоне. — И.К.) и «не установленные
следствием руководители «ЮКОСа» — решила
присвоить имущество «Томскнефти». На роль
исполнителя избрали Светлану Бахмину. Она
«создала условия для избрания в совет директоров
компании нужных людей» и получила возможность
распоряжаться имуществом. В итоге «Томскнефть»
якобы недосчиталась многого, общей стоимостью 8
миллиардов рублей. Помимо всего прочего, по
версии следствия, Бахмина не заплатила в 2001—2002
годах налоги на сумму около 600 тысяч рублей.
Процесс — в стадии прений
сторон. Заседание 31 марта, когда выступал
государственный обвинитель, прошло в отсутствие
прессы. Двери закрылись сразу после того, как в
зал вошли потерпевшие и адвокаты. Представителям
СМИ дюжие спецназовцы попеняли на
нерасторопность. Девушки-корреспонденты не
пошли врукопашную, а отправились жаловаться
председателю суда. Галины Андреевой на рабочем
месте не оказалось, а ее перепуганная помощница
отказалась принять петицию журналистов.
Представитель
гособвинения Николай Власов попросил
приговорить юриста «ЮКОСа» к 9 годам колонии
общего режима. По словам прокурора, вина Светланы
Бахминой доказана результатами экспертизы и
показаниями свидетелей. Любопытно, что именно
представители «Томскнефти» настаивают на том,
что об ущербе, причиненном им «ЮКОСом», они
услышали только от следователей. Приговор
огласят 19 апреля.
В среду, 5 апреля,
Симоновский суд рассмотрел представление
Генеральной прокуратуры с просьбой дать
согласие на привлечение к уголовной
ответственности другого юриста «ЮКОСа» —
Василия Алексаняна. Речь идет о присвоении
имущества все той же «Томскнефти» и отмывании
денежных средств. Согласно закону, против
адвокатов, судей и прокуроров уголовное дело
можно возбудить, только получив согласие судьи.
Василий Алексанян — адвокат, он представлял в
Мещанском суде интересы Платона Лебедева и
бывшего президента компании «ЮКОС-Москва»
Василия Шахновского. Следователи и ранее
допрашивали Алексаняна по делу Светланы
Бахминой, но до прошлой недели претензий к нему
не было. Активность Генпрокуратуры удивительным
образом совпала с новостью о том, что начальник
правового управления «ЮКОСа» Алексанян назначен
исполнительным вице-президентом нефтяной
компании.
06.04.2006
|
