NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

ВЕТЕР В «ВИШНЕВОМ САДУ»
      
       Сегодня — Международный день театра, в апреле — 50-летие «Современника». Продолжаем публиковать монологи Марины НЕЕЛОВОЙ о (хочется написать «из») тех спектаклях «Современника», в которых она играет.
       
(Фото Юрия Роста)       
Свой «Вишневый сад» я теряла и прощалась с ним дважды: первый раз почти в юности, когда играла Аню, и второй раз через много лет — став Любовью Андреевной. Это были разные потери, разные прощания и разные слезы.
       Впереди у Ани — неизвестность жизни, судьбы, но все же начало (может быть?) чего-то нового, еще неизведанного и пусть иллюзорные, но все же надежды. Любовь Андреевна теряла вместе с Вишневым садом, родителями, которые родились в этом доме, сыном Гришей, который утонул здесь, любовью, неудачным замужеством («Мой муж умер от шампанского, он страшно пил»), счастьем детства и детской, «в которой я спала и глядела отсюда в сад», уходящей молодостью — она теряла всю свою жизнь, теряла безвозвратно, когда впереди — ничего, кроме одиночества и улетающих дней, когда возвращение в прошлое — это лишь самообман, в котором может быть лишь несколько выигранных у жизни мгновений (часов, месяцев) — кто знает, сколько?!
       Так, сыграв вначале Аню — юное существо, а затем Раневскую, я как будто прожила с этой потерей жизнь одной женщины — от ее детства до ее конца.
       Роль Ани, которая мне совсем не шла, равно как и я ей, я играла мучительно, пытаясь заострить лирическую линию, но это противоречило драматургии, моей природе, мучило меня, режиссера, я никак не могла вписаться в контекст пьесы и в результате сидела между двумя стульями, так и не сумев «присвоить» себе ее мечты и надежды на «новую счастливую жизнь». Я мучилась, мучила Аню и не любила это играть.
       Мне кажется, я ждала, когда «дорасту» до Раневской. Раневскую в то время играла Татьяна Лаврова, играла неровно, иногда как будто «устав» заранее, но зато иногда — необыкновенно! Она абсолютно вписывалась в режиссуру Волчек, но, как мне кажется, не вписывалась в обычные или скорее привычные каноны. Она вкладывала в свою Раневскую всю неустроенность и нервность СВОЕЙ души, всю СВОЮ собственную непредсказуемость, скачки настроений, сбивчивый ритм, СВОЮ дерзость, СВОЙ резкий, чуть хрипловатый голос, «рваные» интонации, грубость и вдруг — такую прозрачность, потерянность, непонимание того, что происходит. Почему? Почему ТАК? За что? И в этом странном соединении Татьяны Лавровой, Галины Волчек и Любови Андреевны возникала совершенно ни на кого не похожая, абсолютно единственная — Раневская!
       Была ли она той самой Раневской, какой написал и видел ее Чехов? Не знаю, но знаю, что очень часто я не могла оторвать от нее глаз…
       Лаврова ушла из «Современника», и на нашу сцену вышла обожаемая всеми Фрейндлих. И это была совсем другая Раневская, никогда не повысившая голоса, не дерзкая — прозрачная, нежная, дивная «акварель», написанная рукой дивного художника. Огромные глаза крыжовникового цвета, полуулыбка, легкий жест, мягкая пластика души и тела, никаких дерзостей и резкости, потерянность, потеря себя… Без всполохов бывших страстей, уходящая…
       …Прошло много лет, и я уже могла бы стать Раневской. Какой? Я не знала, но знала, что больше всего я не хотела бы повториться, продублировать и надеть «чужую рубашку» на себя; мне хотелось привнести в Раневскую что-то свое, не похожее на тех, которых я уже знала; свое ощущение ее, свое знание этой женщины, которая мне напоминала бабочку, летящую на огонь, обжигающую свои нервные, тонкие крылья, которая снова и снова летит на огонь, горит, но, едва спасшись, опять летит на него, в который раз веря в то, что это лишь свет, который не сожжет…
       Галина Борисовна Волчек говорила со мной о Раневской много раз, ей хотелось продлить жизнь спектакля и не расставаться с «Вишневым садом» вопреки всему… А мне было страшно: я уже была рядом с Лавровой, я была рядом с Фрейндлих, я уже знала, как теряли и прощались они — две столь разные и замечательные Раневские. Я — Аня — любила их обеих, я вместе с ними проходила и проживала их жизнь, их прощание, я сострадала, глядя на это «изнутри» глазами Ани, я боялась вступить в эту воду снова, но уже Раневской.
       Я в то время частично жила в Париже (именно в Париже, откуда возвращается к своему саду Раневская), была середина лета, время каникул, которые мы проводили под Парижем, в Манте — бывшем поместье Мюссе: огромный парк, сосна, которая наверняка помнила Жорж Санд, ярко-зеленый газон, муфлоны, застывшие посередине дивной поляны, прозрачный воздух — и я сижу с пьесой «Вишневый сад», возвращаясь в «начало» конца.
       В парке этом как будто преднамеренно и специально для меня цветет вишня, целый сад. И в этом саду цветет безумно, как никогда, как в последний раз (а для меня и правда в последний — мы возвращаемся в Москву; «Уезжаю, уезжаю», — как скажет Раневская в конце), жаркое лето, и вдруг — откуда он взялся?! — ветер, страшный ветер, порывом, не предупреждая, и весь наш вишневый сад полетел снегопадом, пургой, вьюгой, оставив голые деревья, без цвета…
       Что-то соединилось и пересеклось в моей жизни с этой пьесой, мне кажется, я что-то поняла тогда или скорее почувствовала, как спазм в горле, тревогу, потерю, как прощание с моим Парижем, моим садом. Я закрыла книгу, попрощалась с Аней и поехала за Раневской в Москву, чтобы встретиться с Вишневым садом и потерять его в который раз…
       
       Марина НЕЕЛОВА
       
27.03.2006
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 22
27 марта 2006 г.

Санкт-Петербург
Фонтанка нефти и Мойка денег. Петербург превращают в бюджетный офшор

Финансы
Почему у премьера не получается отправить в отставку инфляцию

Первые лица
Рогозин поддается утилизации

Политические игры
Партия власти берет детей через школьный дымоход

Станционный смотритель
Новая постановка политического театра: Три сестры и батька

Рублевка. Улица синих фонарей

Волобойские вести

Тупики СНГ
Режим Лукашенко уже трухнул

Назарбаев не берет исламистов на веру

Мир и мы
Жак Ширак — об историческом значении российско-украинского газового спора

Армия
Цена спасения детей от армии увеличится многократно

Элитная дивизия: дети чиновников, отлученные от службы в армии

Очередной саратовский призывник оказался в госпитале

Точка зрения
Андрей Рябов: Иванову всё по свисту

Громкая победа над страшным врагом: женщину ударили по голове

Подробности
Здоровью Ларисы Малюковой больше ничего не угрожает

Обстоятельства
У олигархов в России два пути: орден или ордер

Отдельный разговор
Ирина Ясина: Подаем в Басманный суд. А вдруг?

Можно ли арестовывать цивилизацию?

Новости компаний
«ЮКОС» выходит на американский рынок. Правосудия

Депутаты запросили посадку главы авиакомпании «КрасЭйр»

Шпионский сериал от продюсеров «дела «Мегафона»

Расследования
Наши спецслужбы — на территории бывшего Союза

Правоохранительные органы успешно имитируют борьбу с наркомафией

Кавказский узел
Криминальные будни Дагестана

Суд да дело
Прокуроры снова идут по следам военных преступлений

Приватизация коммуны

Митинги.Ру
Подмосковье: сельские жители не хотят быть горожанами

Омск: пригород хочет быть городом

Омичей не хотели пускать на Горбатый мост

Цена закона
Почему из центра Москвы исчезла антиигорная агитация

Депутаты Госдумы одобрили концепцию закона об игорном бизнесе

За рулем
Автомобилисты добились освобождения Щербинского. Но это — только начало пути

Олег Щербинский: Я не сомневался в справедливом исходе дела

Четвертая власть
В Туле закрывают независимую телекомпанию «Плюс 12»

Медицина
Пенсионеры дышат на терапевта

Регионы
Курица — враг человека

Вольная тема
По всей России — птичий хрип

Штрихкод
Вы всё ещё кипятитесь?

О детях — серьезно
Малыш и Карлсоны. Сказка для тех, кто не умеет читать

Интернет
Французский парламент предложил метод борьбы с контрафактом

Наши даты
Александр Яншин. Он вернул нам Вернадского

Личное дело
Александр Гаррос. Мейлы рижскому другу

Спорт
Ледовое побоище и плей-офф Стеблина

Наши на чемпионате мира по фигурному катанию

Кинобудка
Фильмы, пораженные в правах: энциклопедия русской жизни последнего десятилетия XX века

Театральный бинокль
В Москве закрывается популярный мюзикл

Открывается XII театральный фестиваль «Золотая маска»

Свидание
Сергей Фролов — человек-playstation

Марина Неелова. Ветер в «Вишневом саду»

АРХИВ ЗА 2006 ГОД
98 97 96
95 94 93 92 91 90 89 88
87 86 85 84 83 82 81 80
79 78 77 76 75 74 73 72
71 70 69 68 67 66 65 64
63 62 61 60 59 58 57 56
55 54 53 52 51 50 49 48
47 46 45 44 43 42 41-40
39 38 37 36 35 34 ЧН 33
32-31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12-11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

RSS

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2006 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.RuRambler's Top100

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100