NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

МУЗЫКА ДАЛЬНЕГО СЛЕДОВАНИЯ
Пианист Журавлев делает кассовые сборы Ярославскому вокзалу
       
(Фото Сергея Кузнецова, "Новая газета")
      
       
Точка в пространстве, где пересекаются линии — дорог и жизней, откуда расходятся рельсы, где встречаются и расстаются люди. Перепутье и перекресток. Пункт прибытия и точка отправления. Вокзал. Место кратковременного пребывания. Впрочем, все мы на этой земле проездом…
       
(Фото Сергея Кузнецова, "Новая газета")       
В темно-синем кителе, с бородкой, как у Николая II, за роялем фирмы Беккер (1904 года выпуска) царствует Павел Павлович Журавлев. Инженер вычислительно-информационного центра Московской железной дороги. На Ярославском вокзале, на втором этаже зала ожидания, каждый будний день с 8.30. Три отделения по полчаса с антрактами. Классика, романсы и советская эстрада. Но только те вещи, которые одобрил и утвердил начальник вокзала.
       Обычно зал полон. Ожидающих и ожиданий. Публика инженера Журавлева — одноразовая: у них билеты, багаж и скоро поезд. В Архангельск, Томск, еще дальше на восток. Люди едят, пьют, спят, читают газеты, шваркают сумками, шуршат обертками, разговаривают — словом, живут как всегда, как привыкли. Разводя вокруг себя беспорядок и суету. Вообще вокзал столь же далек от вечности, как Москва от Марса.
       А тут он со своей музыкой. Среднего роста, худой, в железнодорожной форме — никак не подумать, что артист. На погонах — две звездочки и галочка, похоже на смайлик. Журавлев подходит к роялю, снимает чехол, аккуратно складывает и относит в сторону. Приставляет табурет — трехногий, с крутящимся сиденьем. Садится — и уносится. Куда-то ввысь и вдаль, где белая акация, старый клен и хризантемы в саду, где утро туманное и озера синие, где любимый город или степь да степь и друг степей калмык… Вместе с Глинкой, Шопеном и Чайковским он улетает совсем далеко, в девятнадцатый — кандальный, бальный, банальный и гениальный век. Увлекая за собой слушателей, случайных своих попутчиков. Только им сейчас ехать, а ему оставаться. Ибо для него вокзал — дом, он тут четверть века работает. А для них — временное пристанище. Так пусть вспомнят в дороге не о кассах, беляшах и туалетах, а о том, какая музыка звучала.
       Когда Журавлев играет, с ним охранник. Бережет его покой. Служенье муз, сами понимаете, не терпит… Когда говорит рояль, даже вокзальные службы безмолвствуют. Многие пассажиры рвутся встать поближе, посмотреть на руки, а музыканту это мешает. Он может и сам отшить, не отрываясь от клавиш: уйди, мол, отвлекаешь. Ну правильно, вы же не лезете во время выступления на сцену консерватории. Один пассажир фотографирует пианиста на мобильный. Другой просит что-то там сбацать. Но музыкант заявок никогда не исполняет и на бис не играет. Все, антракт.
       Подсела тетушка приятной наружности. Дальше мы пережидали паузу вместе. Наталья, работает на железной дороге. Когда есть время с утра, приходит слушать Журавлева.
       — А вы слышали, как он играет «Полонез» Огинского? Нет? Потрясающе! Наверняка окончил училище. Может, потом с музыкой не сложилось…
       — Я слышала, что только музыкальную школу, — говорю.
       — Нет, он профессионал! Я слышу, я сама окончила музыкальное училище по классу баяна. Это было давно, в Таганроге, знаете такой город?
       И рассказала. Вся жизнь — либо в казенном доме, либо на колесах. Жена военного, моталась с ним по гарнизонам. В одном из них, в Архангельской области, сколотила ансамбль художественной самодеятельности. Сначала женщины стеснялись и отнекивались, а потом вошли во вкус и в голос.
       — Пошили нам костюмы: белые блузки с вышивкой на груди и юбки годе. Знаете такой фасон? И что ни праздник, мы выступаем. Я на баяне. Романсы пели, фольклор, потом: «…И уносят меня… три белых коня…». Знаете?
       А потом муж умер, сын вырос, стала она проводницей и исколесила эту страну по всем параллелям и меридианам — от Мурманска до Новороссийска и от Москвы до самых до окраин. Был у нее один особый рейс. Вызвал начальник, подписала Наталья какую-то бумагу. Куда ехать, долго ли, какой контингент будет — ничего не сказали, только пообещали денег и зачесть стаж день за три.
       — А я вся такая красивая, на каблучках. У меня сто рублей да по пачке чая и сахара… Ехали долго. Нас, оказывается, послали в Дагестан: ребят, что были на чеченской войне, вывезти и доставить домой, в Сибирь. Едем по Дагестану — вдруг стрельба. Я на пол легла, голову руками прикрыла, лежу. Слышу, как пули летают. Туда-сюда…
       Загрузили ей в плацкартный вагон почти восемьдесят человек. А он рассчитан на пятьдесят. Спали на третьих полках, по двое, по очереди.
       — Грязищи мне нанесли — прямо комьями. Я им говорю: вас восемьдесят, а я одна. Как управиться? Тогда их главный, лейтенант, построил ребят вдоль вагона и говорит: «Слушайтесь все тетю Наташу». И они слушались. Назначили дневального в каждом купе. Сами убирались. Кое-как мылись, чтобы чистыми приехать домой. Кормили меня из своих пайков. И ведь ничего такого, а ведь могли бы: они мужики, а я женщина, одна…
       Ехали неделю. Много разговаривали. Пели. Иногда так пели, что Наташа плакала. Даже от «Любэ». Иногда пили. Один парень выпил — и вдруг забился в истерике: вспомнил, что видел, как друга убили. Все кричал, что вернется и отомстит. Ребята пытались успокоить его — все зря. А Наташа взяла одеяло и туго спеленала парня, как младенца. Он и затих.
       — Подружились мы с ними...
       И еще кое-что про свою жизнь рассказала. Мне, совершенно незнакомой. Синдром попутчика, знаете?
       Вернулся музыкант Журавлев и снова заиграл. Мужик напротив ел, чавкая, а потом все цыкал зубом. Мешал слушать. Наталья, закрыв глаза, покачивалась в такт музыке и тихо подпевала — Таривердиеву, Тухманову… Белые своды Ярославского, казалось, набухали этими музыкальными щедротами, чтобы пролить их на головы ничего не подозревавших — сменившихся к тому времени — пассажиров.
       — Он не просто играет, он рассказывает. Вроде и про мою жизнь, — вздохнула женщина.
       Мы с ней глядели на него, а он, как водится, в пространство.
       К потолку прилепились блики. Обычные такие солнечные блики — яркие и бесформенные. Кружились и чирикали воробьи. Зелеными буквами светилось табло, освещая пассажирам их пути и платформы.
       Казалось, что все еще будет. Обязательно будет хорошо. И все эти дороги приведут не просто в Архангельск или Томск, а непременно к чему-нибудь радостному и светлому. Оттого зал Ярославского был не просто точкой пересечения путей. А залом ожидания лучшего.
       
       P.S. Мы с Натальей оставили благодарность в «Книге жалоб и предложений». Павел Павлович, надеюсь, вам передали. На всякий случай повторяем: спасибо за вашу музыку.
       
       Виктория ЧУТКОВА
       
13.03.2006
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 18
13 марта 2006 г.

Специальный репортаж
Репортаж в письмах по дороге в Краснокаменск и обратно

Суд да дело
Россия опять проиграла в Страсбурге

Первые лица
Милошевич не дожил до приговора

Инострания
Сорбонна бузит. Париж под угрозой «красного марта»

Мир и мы
В Кремле попросту распилили алжирский долг

От генерала Бабагинды до Алекса «из Америки»

Власть
Государственная Дума никак не может посадить Путина

Власть и люди
Красноярские элитные особи снимают с себя всякую ответственность

Руководитель частного заводика завалил президента письмами

Власть и деньги
Чиновник держался на честном слове

Новости компаний
Чиновники будут укрупнять госсектор, пока не трудоустроят всех родственников и знакомых

Террор
Бизнесменам придется финансировать антитеррористов

Репортаж с антитеррористических учений в Москве

Расследования
«Хамас» прописан на Рязанском проспекте

Московский наблюдатель
Нападение на «Мерседес» с мигалкой

Правительство Москвы приготовило «ракушки» к принудительному сносу

Финансы
Сбербанк превосходит Российскую Федерацию. По темпам развития

Россия-2008
Договор-2008: кому и с кем договариваться? Часть II

Вместо выборов
Еще один губернатор хочет доверия

Тупики СНГ
Казахстан: Назарбаев во власти мифов

Белорусам надоело смотреть пародию

Беларусь хохочет: «Сябры» спели гимн президенту Лукашенко

Регионы
Буряты не хотят повторить судьбу эвенков

Отдельный разговор
Экологическое расследование: кто перекрывает Амур?

Исторический факт
Список Брежнева. К вопросу о выезде за границу лиц еврейской национальности

Железная дорога как лента Мебиуса

Культурный слой
Дети в Сети: 50 тысяч новых писателей. «Круглый стол» о качестве текстов интернета

Наградной отдел
«Золотое перо» в умелых руках

Реакция
Я бы с вами в иностранную разведку не пошел…

Личное дело
Александр Гаррос. Дурак по собственному желанию

Милосердие
Наши читатели творят чудеса

Спорт
Банкрот против банкрота

Кинобудка
Пацанское кино и приворот эсэмэсками

Сюжеты
Пианист Журавлев делает кассовые сборы Ярославскому вокзалу

Библиотека
Президент России — политический заложник

Ирина Хакамада представила «Sex в большой политике»

АРХИВ ЗА 2006 ГОД
98 97 96
95 94 93 92 91 90 89 88
87 86 85 84 83 82 81 80
79 78 77 76 75 74 73 72
71 70 69 68 67 66 65 64
63 62 61 60 59 58 57 56
55 54 53 52 51 50 49 48
47 46 45 44 43 42 41-40
39 38 37 36 35 34 ЧН 33
32-31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12-11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

RSS

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2006 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.RuRambler's Top100

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100