NovayaGazeta.Ru
Всё о газетеПоиск по архивуНаши акцииНаши расследованияКолумнистыФорум «Открыто.Ру»Сотрудники редакцииТелефоны редакцииРеклама в газете

КНИЖНЫЙ БУМ-БУМ
Алексей КОСТАНЯН: «Книгоиздание процветает — чтение в тупике»
       
(Рисунок С. Аруханова)
     
       В крупных книжных магазинах двух столиц, кажется, есть все. И даже посетители. Но главный редактор «Вагриуса» Алексей КОСТАНЯН обеспокоен состоянием чтения в стране.
       
Алексей Костанян       
– Издательство «Вагриус» появилось довольно поздно, в 1992 году, когда почти все сливки с книгоиздания уже были сняты. Первые частные издательства, зачастую издательства-однодневки, возникшие в конце 80-х, обрушили на головы читателей вал массовой литературы, чтобы заработать как можно больше денег, а затем уйти с рынка и заняться другим, более прибыльным бизнесом. Хорошей, качественной литературы было мало. Государственные издательства, которым пришлось перестраиваться в новых условиях, еще издавали хорошие книги, но уже с меньшим успехом, потому что столкнулись с финансовыми трудностями, с которыми раньше практически не сталкивались. Современных же российских писателей не печатал практически никто. Вот мы эту нишу и заняли.
       — Когда вы начинали, у вас была какая-то цельная программа? Позиционируя себя как культурное издательство, вы все-таки выходили на рынок, и, чтобы выжить, надо было зарабатывать.
       — Программа была, и была она следующей. Мы заранее договорились между собой, что приходим на рынок не на год и не на два, и сразу же объявили, что, помимо издания коммерческой литературы — без этого было никак нельзя, бессребреники при переходе к рынку начали вымирать как класс, — будем издавать и некоммерческую, нести в себе абсолютно четкую гуманитарную составляющую, как и полагается, подчеркиваю, нормальному издательству. У нас был закон сообщающихся сосудов. Деньги от коммерческих проектов мы пускали на некоммерческие.
       Мы пошли двумя путями — стали издавать современную российскую прозу и мемуарную серию «Мой XX век». Литературная ситуация была такой. Все думали: вот придет свобода слова, свобода книгопечатания — и сейчас же откроются ящики письменных столов, из которых многие достанут одни шедевры. Думали, что откроются границы и оттуда придет новое русское слово. Но вскоре все убедились, что и в столах что-то негусто, и заграница нам не поможет.
       — Насчет столов я с вами согласен. Напечатали Дудинцева, Рыбакова, других писателей, река превратилась в ручеек, ручеек быстро высох. Но заграничный поток был достаточно широк, он же, кстати, многое расставил по своим местам и, как говорил один известный политический деятель минувшей эпохи, дал понять «ху есть кто». Читатель же, который не имел доступа к самиздату в прошлом и только что-то слышал о «литературном власовце» Солженицыне и «тунеядце» Бродском, о писателях-эмигрантах от Ходасевича до Алданова, не говоря уже об Адамовиче или Гиппиус, и слыхом не слыхал.
       — Все правильно, но и этот поток быстро себя исчерпал. Поэтому надо было заниматься писателями-современниками, теми, которые живут здесь и сейчас. Разумеется, печатая и эмигрантов третьей волны. Поэтому мы публиковали книги Андрея Битова, Людмилы Улицкой, Евгения Попова, Владимира Войновича и Дины Рубиной. Пусть меня простят те, кого я не упомянул, список можно было бы продолжить. Особенность нашего издательства была — и остается — в том, что мы с ними старались наладить долгосрочные отношения, создать прочную связку «писатель — издатель», чтобы все свои новые произведения они приносили нам. Правда, некоторые, не хочу называть имена, уходили в другие издательства, прельстившись более высокими гонорарами, когда другие издатели поняли, что и на хорошей современной отечественной литературе можно заработать не только на хлеб с маслом.
       — «Вагриус» руководствовался старой доброй традицией, когда в дореволюционной России вокруг определенного издательства группировались те или иные писатели? Так было с издательствами Суворина, Сабашниковых, «Знание» и рядом других.
       — Отчасти да.
       — А что изменилось по сравнению с советскими временами, когда, издав одну книгу массовым тиражом, автор мог жить на гонорар от нее несколько лет? Сейчас на литературный заработок прожить достаточно сложно, то есть надо писать бестселлеры, как на Западе, когда книга может быть в литературном отношении ничтожной, но в коммерческом — выгодной, потому что рассчитана на массовый вкус и потребление, и не то что может кормить писателя в течение нескольких лет, но и сделать его миллионером. Хотя есть примеры и обратного порядка. Скажем, Маркесу или Фолкнеру элитарные книги принесли и успех, и деньги.
       — Я могу назвать десяток российских писателей, которые живут только на литературные гонорары. Остальным приходится, как и во всем мире, зарабатывать и другими путями — работать в газетах и журналах редакторами или колумнистами, ведущими на телевидении, читать лекции за границей.
       Дело еще в том, что заставили выживать не только издателя, а вместе с ним писателя, но и читателя. Таков наш любовный треугольник. Об издателях и писателях мы уже говорили. Проблема же с читателем делится на две части. Первая — содержимое его кошелька. Да, в книжных магазинах Москвы сегодня можно увидеть много людей. Но Москва — это не вся Россия. Большинство русских людей, которые привыкли к чтению, которые хотели бы читать, вынуждены делать выбор между пищей духовной и телесной. И перед многими встает дилемма: купить что-нибудь на ужин или купить книгу? Это проблема последних 15 лет, и это страшная проблема.
       — Я не любитель делать обобщения, но в советские годы, как мне кажется, достаточное число людей мечтали о свободном книгоиздании, читать не то, что навязывается партией и правительством, а то, что хочется. Поэтому и возник самиздат. Поэтому тамиздат расцвел пышным цветом.
       — Наверное, эти люди, желая свободы книгоиздания, не ожидали, что окажутся париями в обществе. И, голосуя за свободу читать, не голосовали за свободу быть нищими.
       — Безусловно. Но я сейчас не об этом. При советской власти навязывали определенных писателей. Существовала так называемая секретарская литература. Хорошие книги не покупали, а доставали. Тех же Ахматову, Пастернака, Зощенко. Не говоря уж о классической русской или зарубежной литературе. Подписки разыгрывались на работе, за собраниями сочинений — будь то Пушкин или Библиотека всемирной литературы — люди ночами стояли в очередях, писали номерки на ладонях. Мы жили в мире абсурда. Но все дело в том, что, когда кончается один абсурд, начинается другой. Короче, люди с трудом доставали хорошие книги не из-за финансовых трудностей, а потому что книга была дефицитом. Основная часть тиража шла на Запад или в «Березку». (Напомню молодым читателям или тем, кто забыл, что существовала такая сеть магазинов, где можно было купить все, но только за валюту. — Г.Е.)
       — Извините, а кто заставлял покупать «секретарскую литературу»? Она просто лежала на прилавках. Кроме того, ее распределяли по библиотекам. А там эту продукцию читать не заставляли. Да, на работе требовали подписываться на газету «Правда», это я помню, но покупать Федина или Маркова — не было этого. Между прочим, существовала огромная библиотечная сеть. Любой человек мог пойти в библиотеку и прочитать любую изданную в Советском Союзе книгу. А что мы наблюдаем сейчас?
       — Сейчас мы наблюдаем, что некоторые коммерческие издательства всеми правдами и неправдами стремятся обойти федеральный закон об обязательной присылке двух экземпляров в главную библиотеку страны. Зато все издательства усердно занимаются пиаром, бесплатно присылая книги в журналы, в основном гламурные, чтобы о них хотя бы упомянули в обзоре несколькими строками. Жанр рецензии сохранился только в «толстых» литературных журналах, но кто эти рецензии сейчас читает и много ли в киосках мы видим «Нового мира», «Знамени» или петербургской «Звезды»?
       — А как, по-вашему, количество библиотек увеличилось за последнее время?
       — Библиотеки испытывают тот же системный кризис, что и многие другие отрасли, не считая, конечно, нефтяной или банковской. Библиотекам тоже приходится выживать. Но это другой вопрос.
       — Тем не менее он связан с проблемами, о которых мы ведем речь. Большинство библиотек не могут приобрести книги, которые сейчас издаются, — нет денег. И читатель, если не может купить необходимую ему книгу в магазине, не может взять ее и в библиотеке.
       — И все-таки вернемся к нынешним издательским проблемам. Преимущественно они экономические. Как вы пытаетесь их решать?
       — За счет издания коммерческой литературы. Посредством чего и осуществляем свою культурную функцию. Но сейчас большинство издателей напрочь забыли, для чего они, собственно, существуют. Культурная функция должна быть приоритетной после всех финансовых проблем. Я прекрасно понимаю, что на голом месте культуру не построишь. Может быть, поэтому мне кажется, что при советской власти люди были более культурными, чем сейчас.
       — Я бы сказал, более образованными.
       — И культурнее тоже. Но, кроме проблем экономических, в новом веке с его новыми технологиями возникла и проблема самого чтения. Расширилась область информационной среды. Литература вытесняется интернетом и огромной индустрией развлечений. Через интернет — менее активно, поскольку, если не ошибаюсь, компьютеры есть у 10% населения, а телевизор — почти в каждой семье. Ну и, наконец, это способность читателя к восприятию более или менее нормальных текстов. Читатель неспособен сейчас, находясь в условиях перманентного стресса, уделять много внимания серьезной литературе, а чтение всегда было второй профессией для русского человека. Читатель должен сохранять какие-то участки мозга свободными, чтобы, грубо говоря, художественный текст переварить. Сегодня эти участки задействованы мало или не задействованы вовсе. Поэтому сейчас многие издательства выпускают литературу, предназначенную для проглота: прочитал и забыл.
       — Вы имеете в виду Донцову, Устинову и иже с ними?
       — А что у нас сегодня составляет большую часть рынка или почти весь рынок?
       — Искусство — дело субъективное, кому-то что-то нравится, кому-то — нет. Но есть какие-то критерии, которые помогают понять, что хорошо, что плохо. Вы не рискуете, издавая Михаила Шишкина, Владимира Шарова, Юрия Буйду?
       — Насчет издания книг перечисленных вами авторов — так поэтому-то «Вагриус» и не относится к числу «сверхпроцветающих» издательств.
       — И вы будете, несмотря ни на что, продолжать идти по этому пути? Как вы вообще видите перспективы книжного дела в России при нынешних подводных камнях, о которых мы говорили?
       — Что касается пути, то свернуть с него уже невозможно. Если говорить о перспективах, то одно из двух: или все действительно будет брошено на самотек и рынок в ближайшее время будет поделен между 3—4 издательствами-монополистами, а на оставшемся поле будут барахтаться два десятка мелких издательств — для жанровой полноты картины. Или будет выработана более внятная государственная политика в области книгоиздания.
       — Что за монополистов вы имеете в виду?
       — Это прежде всего «АСТ», «ЭКСМО», «ОЛМА».
       — Но «Вагриус» сумел занять свою нишу…
       — …сумел и пытается ее отстоять. Существовать в ней серьезно и надолго. Несмотря на то что за окном — дикий капитализм. Гораздо более дикий, чем был в России до 17-го года. Естественно, я тогда не жил, но кое-что знаю из истории.
       — То есть прогноз пессимистичен.
       — Не совсем. Если государство все же определится и заявит о своих интересах в сфере культуры, и в деле книгоиздания в частности, то положение может существенно измениться. Существует федеральная программа поддержки книгоиздания, но глобальный интерес государства к культуре вплоть до сегодняшнего дня не заявлен, не обозначен. Нужна государственная идеология в сфере книгоиздания. Мне хочется, чтобы потом, когда мы поймем, что 2—3 поколения профукали для культуры, никто не задавал вопроса: почему?
       — Может ли государство в условиях рынка влиять на частные издательства?
       — Может. Лично я предпочел бы работать по более внятным и определенным правилам игры. Кстати, «Вагриус» — лауреат Государственной премии за 2002 год.
       — Так все-таки находится книгоиздание в тупике или нет? Если да, то каковы пути выхода из него?
       — Книгоиздание как раз в наши дни расцветает пышным цветом, в тупике находится чтение. Чтение находится в полном тупике. Вопрос не в том, чтобы просто издавать книги. Это дело нехитрое. Книги издавать можно. Главное — донести их до читателя.
       
       Геннадий ЕВГРАФОВ
       
09.03.2006
       

Обсудить на форуме





Производство и доставка питьевой воды

Translate to...
№ 17
9 марта 2006 г.

Расследования
Подполковнику МВД, который расследовал дело о торговле спецномерами и спецсигналами, подложили две гранаты

Что происходит после ликвидации пожаров

Мир и мы
Большинство руководителей российской атомной энергетики не сомневаются, что Иран хочет создать ядерное оружие

Инострания
Совет Европы отвлекся от России

Подробности
О чем кудахчут на заседании Совета национальной безопасности

Точка зрения
Никита Белых: «Не мешать власти совершать ошибки»

Специальный репортаж
Трудности перевода из Краснокаменска

Суд да дело
В Башкирии начался процесс над ученым Оскаром Кайбышевым

За что осудили правую руку бывшего мэра Санкт-Петербурга Юрия Шутова

Факты издевательств над восьмилетней гимнасткой подтвердили десятки свидетелей

Общество
Начало процесса по делу Копцева совпало с показом фильма «Мир после Освенцима»

Плата за жульё
В чувашском городе Цивильске тарифы ЖКХ снизили на одну копейку

Митинги.Ру
Прошла общероссийская акция протеста жильцов общежитий

Московский наблюдатель
Мэр Москвы твердо пообещал решить все проблемы обманутых дольщиков не позднее 2008 года

Отделение связи
Юрий Лужков: Дорогие москвички, с праздником!

Регионы
Школы закроют, чтобы они не горели?

Мэрия Красноярска поссорилась с рыночными торговками

Новости компаний
В Воронеже очередное обострение дележа недвижимости

Доставят ли алмазные повестки?

Четвертая власть
Почему пытаются закрыть информагентство «Банкфакс»

Жертвы СМИ прошлой недели

Телеревизор
Александр Городницкий: Энергию ТВ надо использовать в мирных целях

Лучшие шутки телеканалов. Тупее бывает?

О детях — серьезно
Рекламные крошки. Дети воспринимают рекламу совсем не так, как хочет заказчик

Библиотека
Книжный бум-бум. Книгоиздание процветает — чтение в тупике

Наши даты
Он рисовал власть, его обвинили в порнографии

«Шестидесантник» Евгения Евтушенко
Смерть табакеро

Музыкальная жизнь
Группа «Ва-банкъ» разменяла третий десяток

Театральный бинокль
Рога и корыто

Кинобудка
«Оскар-2006» — малобюджетен, социален, экологически чист

Кино между застоем и отстоем

Сюжеты
Женщина потихоньку борзеет…

Вольная тема
Маги-Маги. Волшебство выходит на потребительский рынок

К сведению…
Опровержение

АРХИВ ЗА 2006 ГОД
98 97 96
95 94 93 92 91 90 89 88
87 86 85 84 83 82 81 80
79 78 77 76 75 74 73 72
71 70 69 68 67 66 65 64
63 62 61 60 59 58 57 56
55 54 53 52 51 50 49 48
47 46 45 44 43 42 41-40
39 38 37 36 35 34 ЧН 33
32-31 30 29 28 27 26 25
24 23 22 21 20 19 18 17
16 15 14 13 12-11 10 09
08 07 06 05 04 03 02 01

RSS

«НОВАЯ ГАЗЕТА»
В ПИТЕРЕ, РЯЗАНИ,
И КРАСНОДАРЕ


МОМЕНТАЛЬНАЯ
ПОДПИСКА
НА «НОВУЮ ГАЗЕТУ»:

ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ
И ДЛЯ ОРГАНИЗАЦИЙ





   

2006 © АНО РИД «НОВАЯ ГАЗЕТА»
Перепечатка материалов возможна только с разрешения редакции
и с обязательной ссылкой на "Новою газету" и автора публикации.
При использовании материалов в интернете обязателен линк на NovayaGazeta.RuRambler's Top100

   


Rambler's Top100

Яндекс цитирования Rambler's Top100